Поппи была молода, верно, но все звезды сходились и все знаки указывали на то, что она определенно была готова двигаться в этом направлении. И это означало, что Поппи вновь была готова начать встречаться.
Поппи дико нервничала перед своим первым свиданием с момента разрыва с Джаспером. Ей не хотелось возлагать на это событие слишком много надежд, но все равно чувствовала возбуждение.
Когда она рассказала Астрид, что планирует снова начать встречаться, подруга с воодушевлением похитила ее из офиса на импровизированный поход по магазинам. Поппи рассмеялась, увидев шок на лице Феликса, когда Астрид передала Бэлль ассистентке Поппи и утащила ее прочь из комнаты.
В конце концов Астрид уговорила Поппи купить дорогущее платье от Каролины Эрреры, убедив ее, что в нем «ее ноги будут выглядеть двухметровыми». В довершение в день первого свидания Поппи Астрид пришла к ней, чтобы позаботиться о ее макияже и прическе.
Поппи была рада отвлечься от своей нервозности – ее забавляло то, как суетится Астрид. Она будто взаправду превратилась в курицу-наседку.
– Ты надела достойное белье? – спросила Астрид, вставляя последнюю шпильку в волосы Поппи.
– О боже, Астрид, – простонала Поппи.
– Что? Ты мне еще спасибо скажешь, если вы переспите, – огрызнулась Астрид.
– Это первое свидание. Я вообще не уверена, что что-то случится, – парировала Поппи.
– Взгляни на себя, – заявила Астрид, выразительно глядя на Поппи. – Ты богиня. Тебе перцовый баллончик нужно взять, чтобы он к тебе не полез.
Поппи отмахнулась от Астрид и наклонилась, чтобы поцеловать Бэлль, а затем взяла сумочку.
– У меня платье в трусы не залезло, посмотри?
Астрид покачала головой и выпроводила Поппи за дверь. Она проверила телефон, села в такси и рассказала, в какой ресторан нужно приехать, все это время борясь с бабочками в животе.
Войдя в ресторан и осмотревшись в поисках того, с кем у нее было свидание, Поппи вспомнила, что говорил ей Бэк. Что она заслуживала всего. И впервые в своей жизни Поппи чувствовала, что это может быть правдой.
– Итак, Бэк, о чем вы хотите поговорить сегодня? – Бэк пожал плечами и начал изучать таинственно появившееся пятно на своих джинсах. Не в его правилах было допускать загрязнения на одежде, но, возможно, это был еще один признак, что чувствовал он себя не лучшим образом. Некоторые дни могут быть тяжелее, чем другие, – об этом Анна, его психотерапевт, говорила ему много раз. Сегодня как раз был один из таких дней.
– О чем вы думаете? – настаивала Анна, и Бэк снова пожал плечами. – О вашем отце? О Поппи?
– Обо всем, – признался Бэк. Время от времени на него снова обрушивался тот факт, что он никогда больше не увидит отца и не сможет попросить прощения за все свои ошибки. А затем он снова думал о том, как сильно скучает по Поппи. А после уже ничего в мире не способно было его порадовать.
Анна понимающе кивнула. Уже пару раз с момента, как Бэк начал терапию, с ним случалось подобное, и Анна знала – ни за что не стоит больше его об этом расспрашивать, погружая все глубже.
– Как ваши отношения с матерью? Я знаю, что вы чувствуете себя одиноко, но, надеюсь, вы помните, что она у вас есть.
– У нас все хорошо. На самом деле лучше, чем когда либо. – Бэк был близок к тому, чтобы улыбнуться. Он не мог вспомнить, когда в последний раз сердился на мать. По сути, отношения, которые он построил с Леной за последнее время, стали для него спасательным кругом. А Анна помогла ему осознать, что так было для них обоих – Лена нуждалась в нем не меньше. Кто бы мог подумать, что он станет таким маменькиным сынком?
– Это чудесно, – сказала Анна, улыбаясь от того, что смогла вытащить его из депрессивного состояния. К моменту, когда Бэк покинул офис Анны, он чувствовал себя расслабленным и в то же время сконцентрированным, пытаясь напомнить себе, что все это он делает ради самого себя и ради Поппи.
В прошлом Бэк с ужасом ждал поездок в загородный дом на пляже. В подростковом возрасте он был неуклюжим, угрюмым, и последнее, чего ему хотелось, – проводить время со скучными друзьями родителей. Ему хотелось бы сказать, что в этом году все по-другому, но по мере того, как Бэк с Леной приближались к особняку в Хэмптонсе, атмосфера в автомобиле становилась заметно напряженной и некомфортной. Несмотря на попытки разговоров ни о чем, отсутствие Генри незримой тяжестью нависало над обоими.
Это была первая семейная поездка без пресловутого главы семьи, хотя и Бэк и Лена усмехнулись бы, услышав этот термин. Все знали, что главой семьи была Лена, но это не означало, что у Генри не было своей роли в семейной жизни. Он бывал угрюмым или прямо-таки невыносимым, после того как выпьет, но он также создавал общее настроение. Он знал, как добавить перчинку в шутки, чтобы снизить напряжение, или как рассмешить Бэка или Лену, когда они были «чертовски серьезными». Присутствия весельчака Генри Сэндлера не хватало. И Бэк, и его мать знали, что загородный дом на пляже никогда больше не будет таким, как раньше.
