А еще я научусь любить этот город, который для меня все еще слишком тесен. Вначале я его ненавидела за сытость и слишком размеренную жизнь: летом отдых на море, зимой – на лыжных курортах, Рождество в семейном кругу, Пасха – где-нибудь в поездке по европейским столицам. Но бабушка ничего подобного не позволяла ни мне, ни себе самой, повторяя: “заграница не любит тунеядцев”.
После ее ухода точно так же я сражалась за покупателей, за доходы, за бабушкино имя на вывеске. В трехстах километрах от Рима и Милана умудрилась создать себе столичный, но никак не провинциальный ритм жизни, ритм, в котором начала ненавидеть зевак, зависающих на улицах, чтобы обсудить предстоящие выходные, где поесть самого вкусного сибаса и на каком пляже попробовать отменный кофе. Я всегда боялась, что не успею подготовить заказы, закупить продукты, разработать новый ассортимент, но не замечала, как моя жизнь проходила мимо меня.
В этой борьбе я теряла то, из чего она состояла, а потом и Сандру, ребенка и даже мужа. Ведь он привык, что кондитерская – это моя территория, потому и отдалился. Пора нам снова вспоминать друг друга. Мы будем ходить по его любимым музеям, пробовать кофе в каждом баре и кондитерской, гулять по тенистым старинным паркам, наступая на пятки духам флорентийских правителей Медичи. Будем замечать, как динамично растет наш город и любоваться новой шубкой синьоры Аделе, старушки, которая живет по соседству и часто заглядывает в кондитерскую, чтобы выгулять свои наряды. Как-то за барной стойкой, пока я готовила ей кофе, она рассказала:
– Этот город любит предприимчивых и прививает силу духа. Да, мы падаем, объявляем себя банкротами, становимся неудачниками, но потом встаем, чтобы жить дальше! Это легко, когда известно, куда и зачем нам идти.
Наконец, я приду к открытию, что этот город на самом деле от меня хочет. Нельзя жить прошлым, не замечая настоящего, ведь оно во всем: в глотке кофе, в бокале Пино Неро, в куске пиццы и в рутине семейной жизни. А еще он учит меня тому, что семья – наша сила и фундамент, без которого невозможно чувствовать себя в безопасности. И я собираюсь обрести, наконец, почву под ногами!
Открыла холодильник и не нашла в нем ничего, кроме бутылки колы и пакетика тертого пармезана. Мне неожиданно стало стыдно, что я перестала быть хозяйкой в доме.
Полазив по шкафам, я обнаружила только упаковку пасты. По дороге в супермаркет набрала номер механика, чтобы узнать, как поживает мой фиат.
– У твоей девочки новый мотор. Услышишь, как он ревет, захочешь ей еще и имя сменить! – полушутя ответил он.
Мысленно я застонала: ”И сколько мне придется за нее заплатить теперь!”. Но вслух восхитилась:
– Франческо, ты маг! Теперь моя старушка будет снова бегать! Когда я могу ее забрать?
– Да хоть сейчас! Только с деньгами приезжай, – услышала я сухой смешок.
– Издеваешься? Праздник ведь на носу, все до евро вложила! Оплата переводом и через неделю! А еще лучше – через две! – резко сказала я, но потом решила сменить тактику, – Ну, пожалуйста! – взмолилась я.
– Натурой будешь расплачиваться! – снова рассмеялся он, а меня передернуло. – Так куда карету подать?
– Встретимся на парковке нашего супермаркета минут через пятнадцать.
Пока я возилась с тележкой, в замочке которой застряла монета, услышала непривычный рев мотора, и несколько мгновений спустя розовый фиат затормозил в двух шагах от меня.
За рулем сидел Франческо.
– Вот, с доставкой. Ты насчет натуры подумай! – он смерил меня пронзительным взглядом из окна.
– Ты куда торопился? К своей жене? Вот и давай! А мне еще вино купить надо!
Механик вылез из машины, длинный, несуразный, очень похожий на железного дровосека, еще и пошляк. Зато с золотыми руками.
– Ладно, ладно. Я знаю, что ты не свободна. Уж и помечтать нельзя! Только вино не покупай в супермаркете.
– Это почему еще? – я уставилась на него.
Прежде, чем ответить на звонок с рингтоном какого-то музыкального отрывка из репертуара группы “Linkin Park”, он назидательным тоном сказал:
– Лучше сходи к “У Бальдо” за рыночной площадью. Потом меня добрым словом вспомнишь. Пока, красотка!
В следующие пятнадцать минут я купила апельсины, фенхель, кедровые орехи, мясо, французский батон и загрузила все в машину. Осталось найти подходящее вино, и по совету Франческо я пошла искать винный магазинчик, оставив машину на стоянке.
Сколько лет я уже не бывала в этой части города! Столько, сколько нужно на то, чтобы лавочка за рыночной площадью сменила троих хозяев. Сначала здесь было кафе, потом магазин мужской одежды, а сейчас тут красовалась вывеска винного погреба “У Бальдо”.
Внутри царил запах забродившего винограда, а у входа, как два швейцара, стояли две стеклянные бутыли в ивовой оплетке, ростом почти с меня.
Под ярким, холодным светом посреди помещения находился сквозной стеллаж, через который я заметила стол продавца, а над ним, на маленькой лестнице, самого продавца. Он, нагибался, позвякивая стеклом, брал бутылки из ящика, старательно их вытирал и составлял на полки.