Перед тем как разойтись, я сказал Бруно, что предвидел какую-то опасность. Она буквально витала в воздухе. Но какие факты я мог предоставить ему, читая это лишь по номерам машин? Просто попросил его быть осторожным. На что он ответил, что единственное, что ему угрожает, так это настойчивость Поля Монтанье. Эта фамилия не была для меня новой, ибо на Сицилии я уже встречался с доном Роберто Монтанье. Однажды в моем присутствии Поль упрашивал Фрати продать ему эту картину:
– Зачем тебе портрет, который никто не сможет оценить по достоинству? Разве люди когда-нибудь поймут, что она – источник вечной женственности? А – я да! Четыре архетипа с четырех перспектив – девочка, подруга, любовница и мать. Я хорошо тебе заплачу! Назови свою сумму!
Но Фрати вовсе не собирался лишаться картины.
Его заказ был очень необычным, и сумма, которую он пообещал мне за эту работу, тоже была немалая. Все осложнялось лишь тем, что в постройку тринадцатого века надо было как-то вмонтировать технику последнего поколения. Я долго ломал голову, совещался с коллегами, копался в библиотеках, пока однажды мне не помог в этом мой внук Леонардо.
Представляете себе “замок в виде помолвочного василька”? Так прозвучал заказ. Я тоже до того момента не имел никакого понятия. Не спал несколько дней, размышляя, как это можно сделать. В одну из первых теплых, майских ночей я вышел во двор. На пороге сидел Леонардо и смотрел на звезды. Он рассказал, что ему очень-очень нравится девушка-соседка, так, что он готов с ней обручиться. Даже придумал, чем ее удивить: обручение на Мосту влюбленных. Его глаза горели от переполняющих чувств.
Я тоже чуть не расплакался! Это было так трогательно! Когда он ушел спать, я до утра рисовал эскизы со спиралями различного диаметра, а наутро создал его, мой механизм. Один коллега из Турина назвал его лебединой песней точной механики. Очень жаль, что она стала последней в моей профессиональной биографии.
Я, конечно, рассказал обо всем Дуччо. Несмотря на нашу размолвку, он все-таки был моим партнером. Только с того дня он стал каким-то странным – то потерянным, то беспокойным. Вначале я думал, что виной этому несчастья, которые его преследовали. Ведь из дома сбежала его беременная дочь, а вскоре от инфаркта умерла и жена Марта. Я предлагал ему свою помощь, деньги, но он лишь отдалялся от меня все сильнее.
