Мы поужинали все вместе, как обычно, вкусной домашней вегетарианской едой: мама готовила овощи, чапати или пури и иногда параты, чаще на завтрак. Ели действительно как одна семья, устроившись на полу перед телевизором, вещающим что-то на хинди. Папа иногда выхватывал что-нибудь из контекста телевещания и обращал мое внимание на это. Свити переводила, когда я не понимал сути происходящего. Я улыбался, жевал, глотал, кивал и время от времени «чихал» («ачча» – «хорошо» на хинди), нахваливая мамину стряпню, чему она всякий раз очень радовалась и с улыбкой повторяла за мной: «Ачча».
И вот мы, безуспешно скрывая эмоции, обнимаемся и прощаемся. Папа отвозит меня на мотоцикле до Маду Нагар, ловит мне «shared» тук-тук, крепко жмет руку, и я уношусь вдаль под энергичные индийские ритмы мощной саунд-системы авторикши.
Все мои мысли и чувства остались где-то там, недалеко от Деври-роуд, в доме, где живет прекрасная девушка Свити. И тогда я осознал, что обязательно вернусь в этот дом в недалеком будущем.
* * *
«Вот... Вот идет мой поезд... Вот идет мой медленный поезд» © М.Науменко
Ситуация со «слиперами» и в самом деле оказалась плачевной. Через зарешеченные окна вагонов я наблюдал полное отсутствие свободных мест. На нижних боковых полках народ сидел. Полы и тамбуры тоже были заняты. Я без какой-либо надежды еще немного прошелся вдоль поезда в сторону локомотива и наудачу зашел в один из вагонов с маркировкой «S».
Пройдя тамбур, я остановился, не понимая, что делать дальше. Вдруг с верхней полки плацкартного купе, ближайшего к туалету, свешивается мужчина и просит меня показать билет. Я показываю – он, прочитав четыре ужасные буквы, не сообщает мне ничего нового. Проверяет через приложение статус билета – там все по-прежнему – и вполне нейтрально говорит, что места для моей резервации нет, но при этом приглашает меня вместе с рюкзаком к себе на полку.
Только представьте себе сам факт, что вы приглашаете незнакомого человека провести ночь «валетом» у себя на полке в плацкарте. Это поистине настоящий акт благотворительности.
Как мы разместились там вдвоем, еще и с вещами (полка по размерам не больше, чем в российских поездах, а возможно, даже и меньше), – это отдельный цирковой номер, повторять который опасно.
Засыпая, я медитировал на бегающих по стене тараканов, рассматривая их очень близко: в обычной жизни я бы с визгом брезгливо передавил их тапком, а то и убежал, будь такая возможность, но здесь, в под завязку набитом людьми и тараканами индийском «слипере», я понял, что лучшего места для медитаций не найти. Медитировать под шум водопада высоко в горах, где ни единой души, может каждый просветленный дурак, а попробуйте это провернуть в условиях, в которых я провел эту ночь!
Однако я все-таки умудрился поспать до самой станции назначения и был заботливо разбужен в Лакхнау другими пассажирами.
Солнце еще нежилось в перине легкой утренней дымки где-то совсем низко, окрашивая улочки свежими красками, и я решил прогуляться до своего следующего «хоста» пешком, благо четыре с небольшим километра вовсе не расстояние, пусть и с пятнадцатью килограммами за плечами, что тоже не так уж много.
И вот среди нелепых новодельных построек разной этажности проявляется трехэтажный особняк с шестиметровыми потолками и уютным антикварным убранством внутри.
Меня встречает Нетрам – непальский слуга Бирена Тапара, уже немолодого (кстати, ровесника моего покойного отца) владельца части этого дворца, когда-то принадлежавшего одной большой аристократической семье Тапар.
Я попал буквально в рай в бытовом смысле. Вообще многие вещи, которые со мной случались, когда я рассматриваю их в ретроспективе, кажутся невозможными. Но они же на самом деле происходили со мной!
Например, двенадцать лет назад я выпустил на свет альбом дизайнерских иллюстраций коллективного творчества «Арт.Трогательно». Я изначально задумал весь концепт как дань любви к одной женщине, к которой и поныне питаю самые нежные чувства.
«Арт.Трогательно» – это напечатанный шелкотрафаретом на различных листах дизайнерской бумаги (бархатных, металлизированных, рельефных – в общем, всячески тактильно и визуально изощренных, а потому трогать их было не менее приятно, чем смотреть) альбом из тридцати пяти иллюстраций, выполненных разными художниками со всего мира, на темы: трогательно, чувственно, сексуально.
Два месяца прошло от зарождения идеи до презентации первого тиража в одном из московских клубов с выступлением трех музыкальных групп и анонсом по телевидению и в прессе. Оглядываясь назад, я понимаю, что это было невозможно, ведь проект был сделан на голом энтузиазме и без единого рубля в бюджете. Ко всему прочему, я тогда еще серьезно относился к жизни, не был «дауншифтером» и цирковым артистом, а работал арт-директором в офисе на полную ставку с весьма неплохим окладом и был сильно ограничен во временном ресурсе.
