- Ро! - Ему не сразу удалось справиться с голосом. - Ро, мальчик мой. Мой дорогой мальчик. Я только что узнал… Господи, Ро…
Я вздохнул.
- Успокойтесь, Тревор. Мне нужна только бритва.
- Но вы такой худой. - Он смотрел на меня с ужасом. Я подумал, что, наверное, и в самом деле здорово похудел с тех пор, как он видел меня последний раз - однажды в туманном, далеком и благополучном прошлом.
- Мистер Кинг не давал нам сегодня покоя весь день, - заметил инспектор с оттенком нетерпения.
- Ро, дорогой мой, вы должны поехать со мной. Мы с женой позаботимся о вас. Господи, Ро…
Я покачал головой.
- Я в полном порядке, Тревор. Я признателен вам, но я хотел бы поехать домой.
- Один? - с беспокойством спросил он. - Вдруг… я имею в виду… вы считаете, это безопасно?
- О, да. - Я кивнул. - Тот, кто меня запер, выпустил меня. Полагаю, все кончено.
- Что кончено?
- Вся эта история, - сдержанно сказал я.
Коттедж принял меня в свои целительные объятия. Я вымылся, побрился, и на меня глянуло из зеркала изможденное серое лицо. Неудивительно, что Тревор был в шоке. Хорошо еще, подумал я, что он не видел черных и желтых пятен бледневших синяков, которые покрывали меня с головы до пят.
Я пожал плечами и рассудил, как и прежде: ничего ужасного, несколько дней свободы вмиг поправят мое здоровье. Я надел джинсы и вязаный свитер и спустился вниз, мечтая о хорошей порции виски. И это была последняя спокойная минута за весь вечер. Телефон звонил непрерывно. К моему изумлению, в дверь постучали репортеры. Появилась телевизионная камера. Заметив мое глубочайшее удивление, они сказали, что я не читал газет.
- Каких газет?
Они извлекли и разложили газеты. Во вторник «Спортивная жизнь» опубликовала под заголовком «Где Рональд Бриттен?» статью о моем драматическом морском путешествии, будто бы передававшую суть моих рассказов друзьям. Меня не видели после скачек в Таустере. Друзья обеспокоены.
В среду во всех ежедневных газетах появились заметки: «Наездник Гобелена снова пропал», - сообщалось в одном из почтенных обозрений; «Жокея-любителя убрали дважды?» - вопрошали издания, охочие до жареных фактов.
В четверг, то есть сегодня, на многих первых страницах красовалась моя сиявшая физиономия: фотографию сделали минут через пять после выигрыша Золотого кубка. «Найдите Рональда Бриттена», - требовала одна газета, «Жизнь жокея в опасности», - мрачно вещала другая. Я просмотрел их все, глубоко потрясенный, и с иронией вспомнил, что искренне опасался, будто никому и в голову не придет меня искать.
Зазвонил телефон. Я взял трубку и сказал «алло».
- Ро? Это вы? - поинтересовался жизнерадостный голосок, который я не перепутал бы ни за что на свете.
- Джосси!
- Где вы были?
- Пообедайте со мной завтра, и я расскажу.
- Заезжайте за мной в восемь, - сказала она. - Что у вас за шум?
- Я попал под пресс прессы, - объяснил я. - Журналисты.
- Черт побери. - Она рассмеялась. - Вы хорошо себя чувствуете?
- Да, замечательно.
- В «Новостях» сообщили, что вас нашли.
- Не верится.
- Вы стали знаменитостью, друг мой. - Она явно издевалась.
- Это вы подняли… шумиху? - спросил я.
- Нет, не я. Мойра Лонгерман. Миссис Гобелен. Она пыталась связаться с вами в воскресенье, звонила в контору в понедельник, и ей пожаловались, что вы пропали и вас, наверное, снова похитили. Поэтому она позвонила редактору «Спортивной жизни», своему знакомому, и попросила помочь.
- Решительная дама, - признательно сказал я.
- Знаете, вчера она сняла Гобелена с соревнований. В «Спортивной жизни» напечатан по этому поводу сентиментальный пассаж. «Как я могу позволить скакать своей лошади, когда исчез Рональд», - и все в таком духе.
Трогает до глубины души.
- Готов поспорить, особенно это тронуло Бинни Томкинса.
Она рассмеялась.
- Я слышу, как волки уже щелкают зубами. Увидимся завтра. Не вздумайте испариться до восьми.
Я положил трубку, но волкам пришлось подождать еще некоторое время, так как телефон немедленно зазвонил снова. Возбужденный щебет Мойры Лонгерман потек по проводу, словно электрический ток.
- Слава Богу, вы свободны. Ну, не чудесно ли? С вами все в порядке?
Сможете скакать на Гобелене в субботу? Пожалуйста, расскажите мне подробно о том ужасном месте, где вас нашли… и, Рональд, дорогой, не вздумайте слушать ни слова из того, что говорит Бинни Томкинс, будто бы вы не в состоянии выступать после пережитых испытаний.
- Мойра, - сказал я, безуспешно пытаясь остановить словесный поток, - огромное вам спасибо.
- Мой дорогой, - ответила она, - было поистине занятно поднять всех на ноги и заставить шевелиться. Естественно, я страшно беспокоилась, что с вами случилось какое-нибудь несчастье, и, понятно, необходимо было сделать хоть что-нибудь, иначе похитители могли бы держать вас неделями.
Мне показалось, громкий шум - именно то, что нужно. Я подумала, если вся страна начнет вас искать, похититель, кем бы он ни был, вероятно, струсит и освободит вас, что в конце концов и произошло. Следовательно, я оказалась права, а глупые полицейские ошибались.
- Какие глупые полицейские? - перебил я.
