| They could not alter your feelings: for that matter you could not alter them yourself, even if you wanted to. | Чувств твоих они изменить не могут; если на то пошло, ты сам не можешь их изменить, даже если захочешь. |
| They could lay bare in the utmost detail everything that you had done or said or thought; but the inner heart, whose workings were mysterious even to yourself, remained impregnable. | Они могут выяснить до мельчайших подробностей все, что ты делал, говорил и думал, но душа, чьи движения загадочны даже для тебя самого, остается неприступной. |
| Chapter 8 | VIII |
| They had done it, they had done it at last! | Удалось, удалось наконец! |
| The room they were standing in was long-shaped and softly lit. | Они стояли в длинной ровно освещенной комнате. |
| The telescreen was dimmed to a low murmur; the richness of the dark-blue carpet gave one the impression of treading on velvet. | Приглушенный телекран светился тускло, синий ковер мягкостью своей напоминал бархат. |
| At the far end of the room O'Brien was sitting at a table under a green-shaded lamp, with a mass of papers on either side of him. | В другом конце комнаты за столом, у лампы с зеленым абажуром сидел О'Брайен, слева и справа от него высились стопки документов. |
| He had not bothered to look up when the servant showed Julia and Winston in. | Когда слуга ввел Джулию и Уинстона, он даже не поднял головы. |
| Winston's heart was thumping so hard that he doubted whether he would be able to speak. | Уинстон боялся, что не сможет заговорить -- так стучало у него сердце. |
| They had done it, they had done it at last, was all he could think. | Удалось, удалось наконец -- вот все, о чем он мог думать. |
| It had been a rash act to come here at all, and sheer folly to arrive together; though it was true that they had come by different routes and only met on O'Brien's doorstep. | Приход сюда был опрометчивостью, а то, что явились вдвоем, вообще безумие; правда, шли они разными дорогами и встретились только перед дверью О'Брайена. |
| But merely to walk into such a place needed an effort of the nerve. | В дом войти -- и то требовалось присутствие духа. |
| It was only on very rare occasions that one saw inside the dwelling-places of the Inner Party, or even penetrated into the quarter of the town where they lived. | Очень редко доводилось человеку видеть изнутри жилье членов внутренней партии и даже забредать в их кварталы. |
| The whole atmosphere of the huge block of flats, the richness and spaciousness of everything, the unfamiliar smells of good food and good tobacco, the silent and incredibly rapid lifts sliding up and down, the white-jacketed servants hurrying to and fro--everything was intimidating. | Сама атмосфера громадного дома, богатство его и простор, непривычные запахи хорошей еды и хорошего табака, бесшумные стремительные лифты, деловитые слуги в белых пиджаках -- все внушало робость. |
| Although he had a good pretext for coming here, he was haunted at every step by the fear that a black-uniformed guard would suddenly appear from round the corner, demand his papers, and order him to get out. | Хотя он явился сюда под вполне основательным предлогом, страх не отставал от него ни на шаг: вот сейчас из-за угла появится охранник в черной форме, потребует документы и прикажет убираться. |
| O'Brien's servant, however, had admitted the two of them without demur. | Однако слуга О'Брайена впустил их беспрекословно. |
