В галопе не было особого изящества, и это делалось лишь для того, чтобы выгодно продемонстрировать преимущества лошади на фоне других, показывая товар лицом, и привести ее первой, чтобы показать покупателям, что так и будет в будущем.
Сейчас, как это часто бывало перед стартом, я тихо разговаривал с Дейтпамом, потому что он, походя на многих других скакунов, всегда чувствовал себя спокойнее, когда слышал негромкий человеческий голос и угадывал по его тону, что все было хорошо. Кто его знает, может быть, лошади различали тихие полутона голоса.
- Ну покажи класс, - говорил я ему, - ведь я не хочу потерять тебя, дружище. Я хочу, чтобы мы еще выиграли «Большой национальный приз», так что блесни, малыш. Ослепи. Покажи, на что ты способен.
Я тряхнул поводьями, и мы пустили лошадей вскачь, и Дейтпам продемонстрировал себя наилучшим образом, оставаясь большую часть пути вровень со своими спутниками, затем немного отрываясь по моему сигналу, уходя далеко вперед и мощно и целеустремленно проносясь мимо Остермайеров, доставляя тем самым острую боль своему наезднику. Однако игра стоила свеч. Остермайеры купили лошадь еще до того, как мы остановились, и сделка уже была закреплена рукопожатием.
- Разумеется, необходимо еще ветеринарное свидетельство, - говорил Харли, когда я подвел к ним Дейтпама. - А так он великолепен!
Майло расплывался в улыбке до ушей. Он держал поводья, в то время как Марта взволнованно поглаживала свое новое приобретение, и продолжал держать их до тех пор, пока я не высвободил ноги из стремян и крайне осторожно слез на землю, проскакав затем пару шагов до лежавших на траве костылей.
- Что же вы сделали со своей ногой? - беспечно спросила Марта.
- Вывихнул, - ответил я, с некоторым облегчением опираясь руками на костыли. - Очень неприятно.
Она, улыбнувшись, кивнула и дружески похлопала меня по плечу.
- Майло говорил, ничего страшного. Одарив меня взглядом исподлобья, Майло пере-, дал Дейтпама Джерри и помог Остермайерам сесть в свой вездеход, чтобы ехать назад. Пока мы тряслись по рытвинам и ухабам, я, сняв с себя шлем, приглаживал волосы и думал, что, хотя у меня больше совершенно нет желания скакать на этой неделе галопом, ради такого стоящего результата я бы вновь решился на это.
Мы все пошли к Майло на завтрак - своего рода ритуал, существовавший как в этой, так и в других скаковых конюшнях, - и за кофе с тостами и омлетом Майло с Остермайерами обсудили планы Дейтпама на будущее, включая все престижные скачки и, разумеется, очередную победу на «Золотом кубке».
- А как насчет «Большого национального приза»? - сверкая глазами, спросила Марта.
- Поживем - увидим, - ответил Майло, однако его мечты легко угадывались по выражению лица. Вернувшись, он первым делом позвонил прежней владелице Дейтпама и получил от нее согласие на продажу, чему очень обрадовался, и потом он словно витал в воздухе, как наполненный гелием надувной шарик под потолком. Впрочем, и я тоже чувствовал не меньший подъем. На Дейтпама можно было действительно возлагать надежды.
После еды и многократного обсуждения достоинств скакуна Майло поведал Остермайерам о том, что я собирался наследовать Дазн Роузез, и об утверждении завещания, что, казалось, привело их в восторг.
- Так вы говорите, в Йорке? - выпрямившись, воскликнула Марта. Майло кивнул.
- Вы имеете в виду ближайшую субботу? Харли, разве мы не едем в субботу на скачки в Йорк, а, Харли?
Харли утвердительно кивнул.
- Наши близкие друзья лорд и леди Найтвуд приглашали нас на обед.
- А почему бы нам не подвезти Дерека, чтобы он тоже взглянул на свою лошадь? - спросила Марта. - Что ты на это скажешь?
- Я буду рад, если вы к нам присоединитесь, - искренне сказал мне Харли. - Только не говорите нет.
- Я вообще-то собирался ехать на поезде, если удастся, - неуверенно произнес я, глядя на настойчивое выражение их лиц.
- Нет, нет, - заявила Марта. - Поезжайте поездом в Лондон, а дальше поедем вместе. Ну скажите, что вы согласны.
Майло смотрел на меня с некоторой тревогой: на данный момент Остермайерам нельзя было отказывать. Я сказал, что с удовольствием приму их предложение, а Марта, благодаря меня, взволнованно выражала надежду на то, что наследство не заставит меня отказаться от скачек.
- Нет, - успокоил ее я.
- Весьма убедительно, - довольным тоном сказал Харли. - Ты в нашей команде, старик. Ты и Дейтпам.
Мы с Брэдом поехали в Лондон, и я был очень рад тому, что он был не против возить меня. - Офис? - спросил он.
- Да, - ответил я, и мы доехали туда в молчаливом согласии.
Накануне вечером он сообщил мне, что машины Гревила не было нигде вокруг его дома; точнее, он просто вернул мне клочок бумаги, с записанным на ней номером, со словами: «Не нашел». Решив, что мне лучше обратиться по этому поводу в полицию и другие соответствующие службы в Ипсуиче, что мне пора заниматься финансовыми делами компании и Гревила, и вспомнив, что я еще не проверил две трети содержимого сейфа, я почувствовал, как меня неумолимо засасывает все глубже.
