Убаюкивающий гул мотора «ЗИЛа» кончился, выработав остатки
бензина, – чихнул и затих. Зато послышались голоса местных жителей,
а точнее сказать – местных мародѐров.
– Ни хрена себе дожили! Уже «ЗИЛы» на помойку выбрасывают!
Ну, военные дают! Так… Надо сразу фары поснимать! И аккумулятор…
– А ну, отойди от машины! Я кому сказал! И не трогай там
ничего! – Примерно так звучал голос Буратино из кувшина с костями.
– Эй! Кто там! Помогите! – присоединился к крикам лейтенанта
Нестеров.
Местный житель испугался сильно, но то ли душа у него была
добрая, то ли он был склонен к авантюрам, но, крепко сжав в руках
палку, он всѐ же решительно направился к запертой двери…
– Эй, кто там? Вы люди, али кто?! Отзовись!
Люди отозвались. Более того, люди были освобождены:
замѐрзшие, голодные, но счастливые, потому что свободные, – Шматко
и солдаты высыпали на поляну и окружили «ЗИЛ».
170
– А бак-то пустой! Бензин того – тю-тю! – первым оценил
обстановку Нестеров…
– Ну, чего стали? – К Шматко вернулся командный голос. –
Времени нет! Нам к десяти нужно быть в части!
– Пешком разве что к вечеру доберѐмся, – посчитал Щур.
– Надо будет – добежим!
– Товарищ лейтенант, а может, в селе лошадей попросить? –
нашѐлся Папазогло.
– Лошадей? – ужаснулся Шматко. – Представляю себе картину:
эскадрон на полном скаку врывается на КПП…
– Красиво! А вы впереди на лихом коне, – размечтался Папазогло.
– Так, хватит! Бензин ищите, кавалеристы! – приземлил рядового
Шматко и впился взглядом в канистру местного жителя. – Слушай, друг,
а у тебя в канистре что?
– Ясно что, керосин.
– А вы попробуйте керосин залить, товарищ лейтенант, –
посоветовал Фахрутдинов, – у меня сосед один раз заливал! «ЗИЛ», он
такой! – попыхтит, но километров тридцать в час поедет!
– Ладно! Хрен с вами! Мужик, заливай керосин! Авось хоть как-то
доедем!
Шматко перекрестился:
– Ну, с Богом! – и повернул ключ… Грохоча и испуская клубы
дыма, «ЗИЛ» тронулся с места.
– Э! А за керосин-то кто платить будет? – спохватился местный
житель.
– Пушкин! – нашѐлся Нестеров.
– Чего? – недослышал за рѐвом мотора местный житель.
– Иванов! – вступил в игру Щур.
– Это который в сельсовете?
171
– Это который в Министерстве обороны! Армия в долгу не
останется! Мы тебе вон бочку с цементом оставляем! По бартеру! Всѐ!
Бывай!
В клубах дыма, грохоча и содрогаясь, «ЗИЛ» тронулся. Местный
лишь молча провожал его взглядом.
Ни одно доброе дело не остаѐтся безнаказанным.
Телевидение, как назло, не опоздало. Оператор и режиссѐр
расположились на ковре Шматко, снимая панораму казармы и
выслушивая длинную развесистую лапшу замполита…
– И такой порядок у нас здесь с самого начала! Со дня основания
части. Так сказать, традиция! А в перспективе мы планируем вообще
здесь…
– Шишкина возьми крупным планом, – режиссѐра в упор не
интересовала история части, – потом отъезд и наезд на цветок…
– Тут ещѐ книги и ковѐр, – попытался вмешаться в съѐмочный
процесс майор Зубов…
– Где ковѐр?
– У вас под ногами…
– Аа… Спасибо…
Оператор выключил камеру.
– Андрей Михайлович, у нас мало времени.
– Да, да! Времени, как всегда, катастрофически не хватает! Значит,
так, полоса препятствий у нас отпадает – очень холодно для камеры.
– Тогда сразу разборку автомата? – с надеждой предложил
Староконь.
– Автомат – банально! Было сто раз, и никому не интересно, –
отнял надежду замполита режиссѐр, – давайте сразу песню!
– А давайте ещѐ что-нибудь снимем! – пытался затянуть время
Староконь – певцы пропали где-то в районе ЗКП…
172
– Может, всѐ-таки полосу? Ребята тренировались! – сделал ещѐ
одну попытку Зубов.
– Я же сказал – холодно для камеры, – не сдавался оператор.
– А этот ковѐр нам подарил… Шарль де Голль, – неожиданно
пробила фантазия замполита.
– Кто?! – Режиссѐру аж поплохело.
– Де Голль, ну, не нам конкретно, а части – сразу после войны…
Режиссѐр принялся пристально изучать ковѐр у себя под ногами.
– Что-то он хорошо сохранился… Вы что, по нему не ходите?
– Мы – нет… – гордо сообщил Староконь. Режиссѐр осторожно
сошѐл с драгоценного куска ткани.
– Чего стоишь? – засуетился режиссѐр. – Давай, ковѐр подснимем,
пригодится…
Ковѐр не спас. Если бы съѐмочная группа могла снять «ЗИЛ»,
несущийся по заснеженной равнине в клубах дыма… Увы, обладателям
видеокамеры и художественного вкуса это зрелище оказалось
недоступным…
– Друзья, попрошу побыстрее! Нам ещѐ сегодня связистов
снимать! – начал терять терпение режиссѐр.
– А ты уверен, что Лавров справится? – Зубов понимал, что без
запасного варианта не обойтись, вот только уверенности в нѐм не было
никакой…
– Обещал, что справится, – попытался вселить уверенность в
Зубова замполит, – они же с Нестеровым и репетировали… Эх,
Нестеров, Нестеров… Да, и ещѐ: я решил рядом с Лавровым Смалькова
посадить на подстраховку, он ведь тоже у нас поѐт… иногда.
– Слушай, а ничего, что они только солдат просили?
