– Век дембеля не видать! – поклялся Гунько.
– Ладно, пошли, – мрачно подытожил Нелипа. – Будем вместе до
конца.
Староконь был великолепен, ещѐ бы – сейчас он занимался как
раз тем, что ему удавалось лучше всего: ухаживал за чужой девушкой.
– Вот, Лена, пейте – это наш особый чай, фирменный –
«гвардейский мотострелковый»! – заботливый замполит подливал уже
которую чашку девушке.
– Александр Степанович, а Серѐжа скоро придѐт?
– Скоро, скоро. Дежурный сказал, что он на почту пошѐл.
– Наверное, мне звонить пошѐл…
– Да уж наверняка. Да… Историю вы мне рассказали – прямо
сценарий для киноромана!
Стук в дверь прервал мысли майора – на пороге стояли Бабушкин,
Соколов и Нелипа.
– Разрешите, товарищ майор, – замогильным голосом
поинтересовался Бабушкин.
– Разрешаю!
226
– Серѐжа! ! – заходя в кабинет замполита, Бабушкин мог ожидать
чего угодно: от трѐх нарядов вне очереди до часовой лекции о
международном положении, – но увидеть свою невесту – это было
супер! Может, и вправду у замполита пуговицы волшебные?
Сжимая в объятиях невесту, Бабушкин всѐ никак не мог прийти в
себя…
– Ленка, ты чего здесь?!
– А ты что, не рад?
– Рад, конечно… Я звонил… А тут ещѐ письмо от твоей мамы…
Пишет, что ты замуж собираешься…
– Собираюсь, – строго сказала Лена. – А знаешь, за кого? За тебя,
дурачка. Я же тебя просила мамины атаки на ноль умножать, а ты
поверил. Я, правда, и сама представить себе не могла, что она так
активизируется. А тут пару раз увидела, как она к телефону при каждом
звонке летает, и догадалась – что-то не так. Ну, а потом устроила ей
допрос с пристрастием и поняла – надо ехать, исправлять ситуацию!
Вот и приехала!
– Вовремя, кстати, приехала. Если бы не твоя Лена, я бы сейчас с
вами не разговаривал… И чай пил бы с трудом…
Почему-то новость об угрозе здоровью замполита бойцам
новостью не показалась…
– Это почему, товарищ майор? – изображая удивление, спросил
Бабушкин.
– А потому, бойцы, что мы с вами не только нормальных людей
защищаем, но и отморозков всяких. В общем, ситуация банальная. Иду
домой, подходят двое – закурить есть? Я даже ответить не успел, а один
мне уже кулачонкой в лицо тычет. Пока от него уходил, второй, как
рюкзак, на спине повис. Неудобно с таким грузом разбираться. Тут
слышу крик: «На помощь!» Голос женский, приятный. А потом
чувствую – «рюкзак» обмяк и с меня свалился. Это твоя Лена, Бабушкин,
его сумкой по голове оприходовала. И второму заехала. И не раз
заехала, еле оттащил. В общем, спасла замполита, – улыбка
расплылась на не обезображенном фингалами лице Староконя.
227
– Ну, спасла – это громко сказано, так, шуганула ради проформы.
Печенье жалко, три килограмма – и всѐ на мелкие кусочки. Хорошо, что
пакеты с соком не порвались, – будто извиняясь, сообщила Лена…
– Да, килограммов шесть по голове – это неслабо, – оценил
Нелипа.
– Не люблю, когда двое на одного. Кстати, странные они
какие-то. Когда убегали, один крикнул: «Мы так не договаривались!»
– В общем, искала Лена нашу часть, а нашла приключение. Ладно,
а вы чего делегацией припѐрлись? Я только Бабушкина вызывал. Ну-ка,
давайте, топайте в казарму. Завтра с утра будем перед генералом
вышивать, приехал уже, говорят… А вы, – Староконь одарил Лену и
Бабушкина взглядом старого сводника, – можете здесь пока посидеть,
поворковать…
Общее построение – дело серьѐзное, в нѐм мелочей нет. Даже
самый последний грязнуля в армии на общем построении превращается
пусть не в лондонского денди, но в бойца, на котором сияет всѐ – от
иссиня-чѐрных сапог до бляхи, которую при желании можно
использовать в качестве зеркала.
– Ты чего светишься, как витрина супермаркета? – удивился
Староконь. Зубов и впрямь был не похож сам на себя – в часть генерал
приехал, а майору хоть бы хны – ни дрожи перед начальством. Цветѐт и
пахнет!
– День хороший! С вечера тѐщу проводил, а с утра генерал
позвонил – оказывается, Бабушкин у нас отличился! Ребѐнка вчера спас.
Герой!
– Ууу… Так у них это семейное, – пробурчал замполит.
– Бабушкину с генеральского плеча отпуск на десять суток
обломился, – продолжил Зубов.
– Придѐтся тебе, Николаич, слово своѐ нарушить, ты ж сам
сказал: «Второй роте про отпуск забыть!»
– Так это же не от меня – от генерала.
228
– Ааа, ну тогда, конечно…
Кудашов появился, как всегда, очень вовремя.
– Товарищ майор, разрешите обратиться!
– Обращайтесь, капитан, – приготовился к очередной гадости
Зубов.
– Я по поводу Нелипы и Фахрутдинова. Вы обещали их наказать
по всей строгости…
– Капитан, вы о методе кнута и пряника слышали? – разозлился
майор.
– Слышал…
– Так вот у нас сегодня день пряников… Причѐм пряник от
генерала. Так что встаньте в строй.
– Есть! – Капитан подчѐркнуто строевым прошагал к роте.
– Рядовой Бабушкин! – начал процедуру Зубов.
– Я!
– Выйти из строя!
– Есть!
Вышел из строя Бабушкин – на зависть молодым бойцам, особым
