Коа раньше знал эти места, но теперь уже мало что помнил. Будучи внуком авторитетного мокби, священника центральной мокбы, и сыном блестящего квестора принадлежащей Достойному Хоку ложи духовенства, он родился в жилом анклаве Достойных. Там на все смотрят хозяйским глазом, поэтому простых людей не видят и не слышат, знакомств с ними не заводят. В школе Божественного слова, в здании Кийибы, вблизи от Бога и святых, Коа со временем забыл даже, что живет на земле. По правде говоря, он никогда не догадывался, что простые люди тоже относятся к человеческому роду, ему просто об этом никто не сказал. Но настал день, отличный от прочих, когда случилось так, что чудесным образом глаза у Коа открылись и он увидел, как несчастные людишки вертятся у него под ногами. С тех пор страстное желание мятежа не оставляло его.
После долгого периода умственного напряжения наши друзья пришли к выводу: то, что получилось единожды, имеет шансы получиться дважды. Поэтому они состряпали некую повестку, чтобы со специальным заданием отправиться в Абиправ. И вот они уже снаряжены бежать по улицам, как прилежные и честные работники, готовые сгореть на работе.
Однако неожиданности не заставили себя ждать. Когда уже пожитки были собраны и ничто не мешало пуститься в путь, оказалось, что Коа вызвали в окружной трибунал. У посыльного блестели глаза и капало с носа, так как дело было серьезным: Коа приказывал явиться в трибунал сам его светлость и превосходительство старший заведующий судебной канцелярией лично. На месте древняя надутая крыса с белой бородой в затертом до блеска бурни сообщила Коа, что СЛВК, Собрание лучших верующих квартала, единогласно и во имя Йолаха избрало его на роль вырубщика в судебном процессе над некой шлюхой, обвиненной в богохульстве третьей степени, и что его кандидатура без промедлений уже утверждена в высоких сферах. Далее ему велели поставить свою подпись в знак согласия оказать необходимую услугу и передали копию судебного дела. Событие считалось знаменательным, ведь последний процесс над ведьмами проходил очень давно, никто уже и не надеялся однажды поучаствовать в таком расследовании. А если религии долго не доставлять неприятностей, она истощается и теряет злобу. А восстанавливает она свои силы равным образом как на стадионе или на поле боя, так и во время безмятежных учений в мокбе. В ходе ссоры с соседями одна бесстыжая молодая женщина пятнадцати лет, перед тем как хлопнуть дверью, осмелилась сказать, что справедливый Йолах совершил большую ошибку, дав ей таких скверных соседок. Это прозвучало как гром среди ясного неба. Разумеется, мегеры в один голос дали против нее свидетельские показания, и Гражкомы, примчавшиеся что есть духу, были с ними солидарны. Дело было ясным, долго раздумывать не пришлось – для вынесения приговора хватило бы пяти минут, и вопрос затягивался лишь для того, чтобы полюбоваться, как злобная тварь будет закатывать глаза и гадить под себя. По дороге прихватили и мужа вместе с их пятью детьми; позднее их заслушает комитет Нравственного здоровья, где им придется добавить и свои свидетельские показания, а также подвергнуть себя самокритике, перед тем как, если понадобится, дело будет принято к производству Исправительным советом. Для такого процесса в роли изрыгающего проклятия требовался участник с ореолом над головой, лучший из лучших, поэтому и назначили Коа. Его имя, а главным образом имя его деда, служило маяком, который был виден издалека. Для трибунала отдаленного от центра квартала чиновник со столь символичным именем становился почетным призом. Народу соберется много, дело станет настоящим событием, закон одержит триумфальную, как никогда, победу, вера приумножится, и все это привлечет внимание Кийибы. Богохульница принесла удачу: в рядах работников правосудия грядут молниеносные повышения.
