– Откуда она знает, что вы женщина? – раздался сетевой голос. – Вы ей сказали?
– Знаете же, что нет.
– Застрелите ее сейчас же.
Линия снова оборвалась стационарным шумом.
Я отвернулась от мониторов интерфейса, посмотрела на женщину через монитор.
– Мне придется тебя снять. Другого выхода нет. Встань так, чтобы я тебя видела.
– А что, если не встану? Я бы могла уйти. Я никогда не вернусь. Если они вернут мне деньги, я…
– Тогда мне придется выстрелить тебе в спину.
– Поступайте, как считаете нужным. – Она снова поднялась на ноги, но в этот раз ее движения были уже не такими мягкими. Я увидела глубокую рану по всей стороне бедра на одной из худых ног. Она тихо добавила: – Ничего уже не имеет значения.
– Жизнь имеет, – произнесла я. – Не разбрасывайся ею.
– Это не жизнь. Это реалити. Застрели меня!
Толпа неожиданно ожила, глубокий, низкий и счастливый вздох извергся из бесчисленных глоток. Повернувшиеся в мою сторону экраны консолей на миг ослепили.
Я щелкнула затвором, и взрыв разорвал ее на части, подбросив в воздух месиво разорванной плоти, пламени, жара, белого пара с клубом огня.
С неба обрушились потоки крови.
Толпа ликовала. Электронный шум сотен активных игровых консолей ворвался в наушники, превращая отталкивающий новый звук в беззвучное шипение. Как только останки женского тела, волна крови и разорванной плоти покрыли землю, ближайшие к ним игроки повыдирали из ушей наушники и затрясли головами, расправляя волосы. Они оглядывались вокруг, вертели головами во все стороны, отбросив мониторы и шлемы. Большинство ухмылялись или заливались смехом. Щелчок снял напряжение. Они смотрели друг на друга с узнаваемым чувством триумфа.
Толпа начала расходиться, потеряв интерес к созданной мною сцене. Кровавые ручейки, крошечные куски плоти и костей стекали по оболочке защитного снаряжения.
Я сорвала шлем и отшвырнула его в сторону. Ослабила сервоприводный механизм на спине, и он упал позади, грохнувшись с шумом на клочок камней и гальки. Перчатки, ботинки, щитки для ног, туника, которая защищала мою грудь, толстый пояс для переноски батарей – скинула всё. Вскоре я осталась без защиты, только в рубашке и плавках. Без обуви, с непокрытой головой, открытая для обжигающего солнца.
Я пошла прочь от места завершения эпизода, большая часть толпы плелась впереди меня. Они шли расслабленно, смакуя увиденное. Я шагала по растрескавшейся земле так быстро, насколько позволяли босые ноги, желая лишь одного – вернуться в безопасное здание компании. Вскоре я догнала отставших от расходившейся толпы.
Некоторые уже снова водили пальцами по экранам, без сомнения, в поисках нового ощущения реальности.
Как только я попала в их поле зрения, куча сообщений посыпалась во все концы. За мной наблюдали, меня узнавали, я была беззащитна. Страх сковал меня, страх толпы.
Однако они расступились, позволив мне пройти. Никто не тронул, не заговорил, не бросил угрозу. Лишь у меня одной не было портативного устройства – это заметили. Когда я пересекла черту города, оставив позади старую улицу с заброшенными зданиями, подул легкий ветерок. Его невесомое дыхание слегка охлаждало палящий зной солнца, обдувая лицо, ноги и руки, задирая мою легкую рубашку. Шагая, я внимательно осматривалась вокруг, разглядывала старые и новые здания. Всё это я видела в первый раз с тех пор, как приехала в это место. Слышала запахи, неизмененные и неискаженные звуки настоящего мира.
Когда я подошла к офисному зданию, толпа уже рассеялась. Я поняла, что осталась в абсолютном, блаженнейшем одиночестве…
Рассказы ДЕЗИРИНЫ БОСКОВИЧ были опубликованы в журналах Clarkesworld, Lightspeed, Nightmare, F & SF, Kaleidotrope, PodCastle, The Drabblecast и антологиях, таких как The Tripocalch Apocalypse, Tomth’s Cthulhu и What # @ &% Is That. Ее дебютную повесть «Никогда. Сейчас. Всегда» недавно выпустило издательство Broken Eye Books. Она также является редактором журнала
