Окружающие сумерки быстро переродились в глухую ночь, этому способствовало близкое расположение Черного Леса с его сожженными деревьями, аномалиями, блуждающими по теснинам бритых опушек и общей извечной серостью. И хотя в другое время и в другом месте эти шестеро путников, что сейчас разводили костер в опасной близости к Чертовому Бездонью, выставили бы посты охраны, разнесли факелы вокруг костра, а сами превратили стоянку в мини фортификацию, здесь они этого не делали. По простой причине — знали, что вокруг этого дьявольского места просто не может быть других охотников и других угроз, кроме самого Бездонья, но и оно к периферии сильно теряло свое влияние. Поэтому здесь было настолько тихо.
Все они были крепкие мужчины, по виду которым можно было сказать, что из них многое повидали и через многое прошли. И конечно все то оружие, что сейчас было уложено в импровизированную стойку, могло навести на мысли об всесторонней подготовленности отряда.
Вскоре им удалось разжечь огонь и они, рассевшись кругом у огня и приготовив нехитрую еду, завели неспешный разговор.
— Гхы –гхы. — Кисель, боец, лет сорока пяти, со сломанным и плохо зарастающим носом, который орлиной горбинкой хищно выдавался вперед и упрямством в глазах, прочистил застуженное горло, продолжил хрипло. — Вот сидим мы тут ночью, костер жжем и не боимся, что приползет тварь на свет и тепло, крови попробовать нашей. — В костре щелкнули сухим треском несколько веток, мужчины напряглись, прислушиваясь, но не уловив новых звуков, продолжили разговор.
— Да что ты Кисель все стонешь. — Перебил его молодой парень с прозвищем «Братишка». У него на груди болтались несколько коротких цепочек, среди которых можно было разглядеть армейский жетон, православный крест и иудейскую звезду Давида. — А то нам стоит кого бояться. — Он издевательски хмыкнул. — Да и чего? Нас шестеро и с нами столько оружия, что можно новую третью мировую начинать.
— Да что ты знаешь о войне. — Сплюнул табачную слюну крепкого телосложения боец со странным именем Эд. Ему было около сорока, и своими габаритами он мог поспорить минифургоном. — Тебя в планах еще не было у твоего отца, а война та уже закончилась. — Он огляделся вокруг, будто искал что-то или пытался это что-то разглядеть в темноте, но дальше света костра было не видно ни зги. — До сих пор эхо той войны аукаются нам. Такого порой насмотришься, что волосы дыбом встают.
На близкий горизонт, особо темный в этом месте, непроглядном звездами, наползла туча, и словно плотоядное чудовище ощерялось зарницами молний. В воздухе запахло близким дождем. Но только этого дождя тут точно не будет — они знали об этом. Знали, что дождь, как и молнии и громы поглотит в себе Бездонье, Пустошь и черт еще знает что. Тут, где было так близко от проклятого места, всегда было так.
— Сидим мы тут, ничего не боимся, а стоило бы. — Продолжал гнуть свою мысль простуженный Кисель. — Рядом Чертово Бездонье, как раз где сейчас вон та туча. — Он ткнул указательным пальцем в то место, где на небе закручивалась темной воронкой, будто ведьмино варенов котле, черная туча. — А справа, чуть дальше — Котлован, долбанный болотный город. А мы как раз по центру, костром своим приглашаем всех тварей на пикник.
— Да что ты в самом-то деле! — Воскликнул худощавый улыбчивый паренек, которого все звали Перцем. Его отличала особая подвижность и вечное любопытство. Везде, где начинался интересный разговор, особенно там, где требовалась некая уединенность, там обязательно возникал Перец со своими едкими замечаниями. — Вот же заладил! Придут, приползут, сожрут, утащат! Прав Братишка — нечего нам бояться! А кто уж слишком хочет, тот пусть и трясется от страха.
— Точно! — Обрадованный поддержкой, воскликнул Братишка. — Мы много где бывали и это место самое спокойное и тихое из всех.
— Патрон и Бритва когда будут? — Перевел тему Эд.
— Да когда — когда, как только встретят этого бродягу, как его там…. — Стал объяснять Перец.
— Рыжего. — Подсказал Братишка.
— Да, его, так и сразу двинем отсюда. — Перец приподнялся на ногах и закинул новую порцию ломанных сухих веток в огонь, тот не заставил себя ждать, с довольствием принял угощение, облизывая его со всех сторон языками пламени. Красные цвета огня заплясали на лицах бойцов, пряча их лица под сверхъестественными масками.
— А кто этот Рыжий? Что за принц такой, что мы вынуждены его ждать в восьмером? — Спросил неугомонный Братишка.
— Да черт его знает. Рыжий и все тут. — Ответил Перец. — Эд, ты самый осведомленный из нас, знаешь что-то об этом человеке?
— Нет. — Покивал головой боец.- Бригадир знает.
Бойцы смолкли, один только Кисель продолжал простужено гхыкать — всем им было неловко обращаться к командиру за ответом. Но все же было жутко интересно, поэтому повернув головы, они ждали. И тут, поднявшись над огнем костра, с обратной от них стороны, появилась значительная фигура человека в армейской форме, на мощном торсе черным пятном выделялась бронь, на бритой голове берет, такой же — черный.