— Ты выживальщик, — прохрипело оно голосом этой женщины. — Выжить любой ценой. Принимай любые решения. Совершай любое зло во имя выживания. Убивай. Грабь. Насилуй. Извращай и завоевывай. Иначе Надю не спасти. Умрешь ты, умрет и она. Поэтому делай, что хочешь. В конце концов, цель оправдывает средства.
А затем оно добавило:
— Я не буду просить прощения за содеянное. Меня нельзя оправдать. Нельзя простить. Но все же, если ты когда-нибудь это услышишь. Мне правда жаль, Денис.
Широко раскрыв глаза, я жадно заглотал воздух, как пловец, что надолго погрузился под воду и еле вынырнул.
Что это было? Видение? Обман разума? Воспоминание?
— Тео? — спросила Надя. Она шагнула в мою сторону, но тут же отступила и вернулась обратно. — Ты как? Что случилось?
— Ничего, — неосознанно соврал я. — На секунду показалось, что падаю. Как во время сна.
Надя приподняла бровь, но ничего не сказала.
Такое со мной происходило второй раз. Тогда, в пятиэтажке, слова этой женщины показались мне наваждением черта. Хитроумным обманом, чтобы сломить меня и заставить согласится на рабство. Но, что если я ошибался? Что, если в глубинах памяти покоились воспоминания, а в них и ответ, который я так искал? Точно! Вот он последний пазл головоломки этой женщины! Ее сложного плана! Он сокрыт во мне, а не в смертях родни. Осталось только вспомнить.
Из груди поднимался жар. Пальцы сжались в кулак сами по себе. Эта женщина играла с моей памятью. Сколько она изменила? Сколько спрятала? Был ли побег из дома вообще моим решением?
Я отмел чувства в сторону. Гневом делу не поможешь. Холодным ум — вот, что выручало меня все время. Обдумаю воспоминания позже.
— Тео? — вновь спросила Надя. — Ты опять застыл. Что с тобой происходит? В тебя пытается кто-то вселится?
— Нет, — помотал я головой и поднял с земли палку. — Скажи имя ангела. Пора заканчивать с ритуалом.
— Эм…
— Ангел может не прийти, — снова соврал я. Если она боялась успеха авантюры, проще убедить в провале, чем убеждать в безопасности обратного. — Ритуал срабатывает не всегда. Может, один раз из двадцати. Поэтому так мало мистиков-теургов.
На самом деле, теургия — крайне затратная дисциплина. Услуги и дары ангелов стоили не мало. Одному мистику не хватит и полжизни, чтобы окупить один дар слабейшего ангела. Поэтому не существовало теургов-одиночек. Желающие познать таинства общения с сущностями творения примыкали к влиятельным династиям теургов. А таких было не много. Иначе мистики соприкасались с ангелами через жречество. Не можешь связать — подчинись. Всех привлекало беспорядочное созидание. Но у всего есть цена.
Когда ангелы заполняли пробелы, появлялся долг, который выплачивали демоны. Иными словами, за каждое творение первых вторые разрушали нечто равноценное. Каждая частичка света, что источал ангел, когда-то умерла в чреве демона. Белые и черные дыры. Иначе и не скажешь.
— Не помню таких чисел, — возразила Надя.
— Не нужно было перескакивать с абзаца на абзац в поисках чего-то интересного, — пожал я плечами.
— Ладно. Но скажи мне в чем суть «мертвой руки». Пока я вижу только ловушку для ангела.
Я окинул взглядом круг с треугольником. Она права. Это только ловушка. Клетка.
— Достань из сумки хлопушку с таймером.
— Поняла, — кивнула она. — Вот зачем ты попросил сломать мамин таймер.
Надя достала мешочек. Таймер в виде яйца крепился с помощью скотча, который обматывал всю хлопушку целиком. На корпусе таймера виднелись трещины и порезы от ножа. Эта женщина использовала его для готовки. Маленький механизм не ждал дольше часа и затем срывался на раздражающий треск, когда подходило отмеренное время. Надя вмешалась в него и сильно замедлила. Теперь он терпел до двенадцати часов.
— Я сама поставлю, — обошла она меня и опустила на землю хлопушку.
Белое яйцо усеивали черные дырки. Еще одно изменение. «Мертвая рука» бесполезна, если обезвредить ее может кто угодно.
Надя присела у границы круга, выкопал руками неглубокую ямку, вытащила из сумки проволоку и засунула в одну из дыр на таймере. Внутри щелкнул «замок», и она прокрутила верхнюю часть яйца до предела. Вложила хлопушку в ямку, присыпала землей.
— Скажу по правде, я ожидала чего-то сложного, — отряхнула она руки и проверила время на телефоне. — Полдесятого. Я заведу таймер перед сном.
— Чем проще, тем лучше.
— Согласна. Продолжим?
В ее голосе прибавилось уверенности. Надю не волновал ни успех, ни провал. Похоже, ее душу терзало что-то другое. И я не понимал, что именно. Почему она успокоилась, стоило узнать устройство «мертвой руки»?
— Продолжим? — с большим нажимом повторила Надя. — Мы теряем время.
И мы вернулись на свои «места». Она — нетерпеливая и энергичная. А я — осторожный и нервный. Ее неловких ужимок и увиливаний как не бывало. Даже не верилось, что она и «Надя пять минут назад» — один человек.
— Хорошо, — сдался я. — Напомни его имя, а лучше покажи, как оно пишется.