35 килограммов полностью

Размером с лошадь, но когда он поднимается на задние лапы, кажется, что арена внезапно стала меньше. Кожа - чёрная, с красными прожилками, будто под ней течёт раскалённая лава. Крылья, кожистые и рваные по краям, расправляются с сухим треском. Морда - длинная, узкая, с рядами загнутых зубов. Глаза - жёлтые, с вертикальными зрачками, как у змеи.

Оно смотрит на меня.

- Дамы и господа! - Весельчак кричит так, будто объявляет конец света, - Этот бой - не главный сегодня, но очень важный! Для меня лично! Для всех нас!

Он делает паузу, и в его голосе вдруг прорывается что-то серьёзное:

- Потому что иногда… иногда нужно просто перестать бояться и сделать шаг вперёд!

Намёк понятен.

Я фыркаю.

- Ну что, урод, - рычу я, поднимая топор, - Давай, покажи, на что способен.

Ящер отвечает струёй огня.

Пламя бьёт в меня, облизывая костюм, но не прожигая его. Толпа ахает. Я стою, не шелохнувшись, будто принял душ из искр.

- Невероятно! - орет Весельчак, - Кречет не боится огня!

Я делаю шаг вперёд. Ещё один.

Огонь, постоянно проклятущий огонь. Мне понятно, почему мои враги постоянно его используют – им известно, как болезненно я реагирую на магическое пламя. Мне не понятно лишь, почему я этого пламени так боюсь. Я же неуязвим для чертовой магии. Что со мной не так?

Ящер рычит, отступает.

И тут - бьёт хвостом.

Удар приходится в грудь.

Воздух вырывается из лёгких, я лечу назад, топор выскальзывает из рук. Приземляюсь на песок, откатываюсь, пытаясь вдохнуть.

- !@#$%.

Ящер уже мчится ко мне.

Я едва успеваю подняться на локти, как его пасть смыкается на моей ноге. Зубы впиваются в многослойную ткань, но не могут порвать её. Интересно, нож Шляпы легко справился. Зато кости мои трещат от давления.

- А-а-а-а!

Скидываю рукавицы, лезу под костюм, к поясу. Glock.

Выдёргиваю, всаживаю первые пули в морду ящера.

Ба-ба-бах!

Череп - как броня. Пуля отскакивает, оставляя лишь царапины.

- Чёрт!

Целюсь в глаз.

Ба-ба-ба-бах!

Жёлтый глаз взрывается мутной жидкостью.

Ящер взвывает, отпускает мою ногу, трясёт головой.

Я перекатываюсь в сторону, пытаясь встать.

- Кречет в опасности! - кричит Весельчак, но в его голосе нет страха. Только азарт.

Ящер слеп на один глаз, но второй ещё цел. Он крутится, ищет меня.

Я поднимаюсь, хромая, иду к топору.

Ящер чует движение.

Разворачивается - и снова огонь.

Я пригибаюсь, но пламя скользит по спине и сумке. Термокостюм держит, но жара такая, что я до хруста сжимаю зубы.

- Кречет держится! - Весельчак почти смеётся, - Но надолго ли его хватит?

Я хватаю топор.

Ящер бросается на меня.

Я уворачиваюсь, замахиваюсь - и бью по хребту.

Топор вонзается между чешуй, глубоко.

Вроде бы совсем не острая железяка.

Просто из другого мира.

Мира, который враждебен, всему живому здесь.

И который ничто здесь не может принять.

Ящер ревёт, крутится, пытаясь стряхнуть меня.

Я держусь за топорище, но сила чудовища слишком велика - меня отшвыривает в сторону.

- !@#$%!

Падаю, тут же перекатываюсь, чтобы избежать следующего удара.

Ящер слеп, но он чует меня.

Он идёт на звук, на запах.

Я достаю MP-5.

- Попробуй это, тварь.

Очередь.

Тра-та-та-та!

Пули впиваются в грудь, брюхо, лапы.

Кровь, чёрная и густая, брызжет на песок.

Но ящер не падает.

Он идёт.

Я отступаю, оглядываюсь.

Решётка.

Там, за ней - красные. Лис, другие. Они смотрят на меня, ждут сигнала.

- Ставьте заряды! - кричу я.

Лис кивает, исчезает в темноте коридора.

Ящер рычит, плюётся огнём.

Я прыгаю в сторону, продолжаю стрелять.

Капитан вскакивает с места.

- Остановите бой! - его голос гремит над ареной.

Сигнал сирены.

Но Весельчак перекрывает её своим криком:

- Бой окончен? - он хохочет, - По-моему, капитан, он только начинается!

Ящер бросается на меня в последний раз.

Я отскакиваю к решётке.

Чудовище несётся за мной - и врезается головой в прутья.

Решётка гнётся, но выдерживает.

Ящер застревает, его морда просунута между прутьев.

- Взрывайте! - ору я.

Три взрыва.

Один - прямо в решётку, где застрял ящер.

Два других - в противоположных концах арены.

Песок вздымается, металл рвётся.

Ящер взвывает - и затихает, повиснув на прутьях.

Но его тело завалило выход красным.

- Толкайте! - кричит кто-то из-за решётки.

Бесполезно.

Зато двое других ворот - зелёных и жёлтых - поднимаются. Кто-то подкладывает скамьи, не давая запорам вновь опустится.

Оттуда высыпают бойцы в разноцветных повязках.

И тут сама арена оживает.

Стены дрожат. Панели отваливаются, открывая скрытые лестницы, арки, проходы. Вниз на песок падают те из зрителей, кто свешивался с краю, пытаясь разглядеть происходящее получше.

Корабль слышал взрывы. Как я и условился с ним через Малыша - это сигнал к началу.

Он начинает превращать арену в наш путь наверх.

Бунт начался.