Он так и думал. Таких тонкостей ей было не понять. Как и того, что всполошилась вся
родня, что скоро об этом пронюхают журналисты и будут подавать эту историю во всех
вариантах... она была выше всего этого.
- Ну почему ты не выбрала кого-то другого? - не удержался он от упрека.
- Другого?
Черные брови надломились над расширенными зелеными глазами. На секунду ему
показалось, что она растерялась, как будто он сказал что-то невозможное и кощунственное.
Потом взяла себя в руки.
- Есть еще Конс и Кера, - добавил он поясняя, - у них, по крайней мере, нет
беременных жен.
Термира покачала головой. Никого другого она не хотела.
- Почему ты так цепляешься за эту землянку, которая не стоит твоего мизинца, Леций?
Ты бог, ты Верховный Правитель, она должна это понимать, если стала твоей женой. А
она рассуждает как базарная торговка. Я ведь все ей объяснила, даже то, что ничего еще не
было. Любая бы поняла, кроме твоей упрямой жены. Не представляешь, чего она мне
наговорила!
Слышать это было больно.
- Ее тоже можно понять, - сказал Леций, - тем более, что она в таком состоянии.
- Она просто не любит тебя и не понимает, кто ты. Но считает своей собственностью.
Не стоит жалеть о такой женщине, поверь мне.
- Как у тебя все просто, - усмехнулся он, - ты сама любила когда-нибудь у себя на
небесах?
Ему показалось, что глаза ее потемнели от такого наглого вопроса.
- На небесах тоже женщины, - ответила она вполне загадочно.
- Да?
- Да. И мужчины. Два начала: мужское и женское. И ничего другого пока не
придумано.
Он только вздохнул от такого факта. Никуда было не деться от этих проклятых начал...
- У нас все будет прекрасно, - мягко улыбаясь, сказала Термира, - не сомневайся в
этом.
И, независимо от того, что он думал по этому поводу и собирался сделать, Леций
почувствовал вдруг нарастающее огромное желание, волнующий прилив энергии в теле и
расслабляющую пустоту в голове, как будто ничего уже в целом мире кроме них двоих и не
осталось. Богиня наконец-то проявила свое женское начало. И только сейчас он понял, в
чем обвиняла его Ингерда. До этого он не чувствовал за собой никакой вины, потому что
вообще ничего не чувствовал к богине кроме почтения. Теперь же его потянуло к ней как в
омут.
- Не сомневаюсь, - сказал он, инстинктивно сопротивляясь в душе этому внезапному
желанию, - когда там твое новолуние?
- Через три дня. Двадцать второго января.
Ему показалось, что он услышал дату конца света.
***********************************************
****************************
*************
Грэф бегло осмотрел скромный дом, облетевший осенний садик и голый огород
доктора Ясона.
- Значит, здесь обитает отец аппирского принца?
Ему никто не ответил. Он говорил сам с собой. Эдгар погряз в романе с Сиреной и
опаздывал на встречу, а доктор, вероятно, кого-то лечил. На то он был и доктор.
Из-за заборчика послышался изумленный женский голос.
- Боже мой, мадам! Неужели это вы?!
- 233 -
Он обернулся, придерживая шляпу от порывов ветра.
- Это я. А вы кто?
- Вилена. Не узнаете?
- Вилена?
Память у него была хорошая. Особенно на лица. И особенно на красивые женские
лица. Но узнать крошку было трудно. Она стояла чуть ли не в ватнике, в грязных сапогах и
с платком на голове, глупо улыбалась и моргала не накрашенными, белесыми ресницами.
- Конечно, помню, - усмехнулся Грэф, - ты что здесь делаешь?
- Я-то здесь живу. А вот как вас занесло в нашу глухомань?
- По делу, детка, по делу.
- Вам нужен доктор?
Любопытная оказалась девочка! Впрочем, вряд ли она могла иметь связь с
Оборотнями и что-то вообще понять во всей этой истории.
- Мне нужен Эдгар, - честно сказал Грэф.
- Эд?
Щечки Вилены вспыхнули. Он понял, что неугомонный Советник и тут наследил.
- По делу, - добавил он снисходительно.
- Эдгар редко тут бывает, мадам.
- Мы договорились. Просто он опаздывает.
- Тогда, может, вы подождете у меня?
- Это было бы весьма кстати.
Внутри домика все было изящно, со вкусом. И сама хозяйка без платка и ватника
выглядела неплохо. У нее были очень длинные белые волосы, тонкая талия и вполне
аристократичные манеры.
- Боже, мадам, какое платье!
- Ты находишь?
- Вам идет темно-зеленый.
- Да. Знаю. Хотя я предпочитаю белый.
- Белый вам тоже очень идет...
Они мило, по-женски болтали за чашкой чая, но Грэф уже начал волноваться, куда
подевался этот авантюрист.
- Так почему ты торчишь в этой глуши, я не поняла?
Вилена опустила глаза.
- Здесь легче. В городе много соблазнов, мадам.
- Каких соблазнов?
- Я же принимала наркотики. Вы разве забыли? Вы меня за это и уволили.
- В самом деле? - с трудом припомнил Грэф.
- Ну да. Меня и Криду.
- Криду?
- Мы вам попались под горячую руку, мадам. Вы были не в духе после очередной
комиссии... но это ваше право. Мы сами виноваты...
Грэф осторожно прикасался к краю тонкой чашечки накрашенными губами и мило
улыбался при этом.
- А Крида - это которая? С Шеора?
- Да, - кивнула Вилена.
- Значит, Крида... я и забыла совсем как ее зовут. .
