Ровно в шесть часов. Пожалуйста, отложите все свои планы на вечер.
- У меня нет никаких планов, - сказал Сиргилл разочарованно.
Дел у него и правда не было никаких. Он чувствовал себя совершенно лишним и в
Директории, и во дворце, и в этой семье, где никто, как оказалось, его не ждал. Никто не
нуждался в его помощи, никому не хотелось делиться своей властью. Все уже было
поделено.
Леций сделал вид, что ничего не понял.
- Тем лучше. Значит, вы свободны сегодня вечером.
Сиргилл внимательно рассматривал его: заостренное лицо, круги под глазами, пустота
в глазах и обреченная усталость от себя самого.
- Что-то случилось? - спросил он с сочувствием.
- Есть новости об Оборотнях. Они уже на Пьелле.
- Откуда это известно?
- Подробности на заседании, - сухо ответил Леций, - для того и собираемся.
- Хорошо, - согласился Сиргилл и отвернулся, говорить стало как-то не о чем.
- Так я пойду?
- Я вас не задерживаю.
- Тогда до вечера.
Вечером он пришел в зал заседаний одним из первых. Все равно делать было нечего.
Остальные, более занятые, подтягивались с опозданием.
Конс сухо поздоровался и сразу занял свое место за столом. Всем своим видом он
давал понять, что никакого отношения ни к Сиргиллу Индендра, ни к уродливому синему
мальчику с Наолы не имеет. Внук Кондор был помягче, но он вообще отличался
замкнутостью. Проявлял почтение, но не более.
Эдгар ревновал к нему жену. Он делал это настолько откровенно, что Сиргилл уже
старался лишний раз с ней не встречаться. Это было досадно, потому что Алеста хоть как-
то скрашивала его одиночество.
С остальной родней дела шли не лучше. Аггерцед его тоже невзлюбил, еще с той
первой стычки. Испугался, бедолага, что новоявленный дед будет его воспитывать, да и
просто поддерживал отца во всем. А Леций, скорее всего, не мог смириться с тем фактом,
что кто-то старше и главнее его. Ему совершенно не хотелось подвигаться на своем троне,
хотя формально он все делал безупречно.
Брат Би Эр лежал на кладбище, дочь Сия тоже. Получалось, что на этой планете и в
этой жизни он всем только мешал. Сиргиллу было горько от всего этого. Он не хотел
- 312 -
никакой власти и не собирался никого воспитывать. Ему не нужны были чужие жены. Он
просто хотел жить, жить и любить своих близких. Он так давно этого не делал!
Единственным, кто ему все-таки обрадовался, был внук Руэрто. Но именно к нему
Сиргилл сам чувствовал неприязнь. Он никак не мог смириться с тем, что этот парень
отрубил голову Сии, своей собственной матери. А жена его, надменная жрица Термиры,
ему и подавно не нравилась.
- Как дела? - подошел к нему Руэрто.
Глаза у него были желтые, как у Сии, мелкозавитые пепельные волосы напоминали
копну прошлогоднего сена.
- Дел никаких нет, - откровенно ответил ему Сиргилл.
- Тогда, может быть, вы посетите наконец мой скромный особняк?
- Ты приглашаешь меня в гости?
- Почему бы мне не пригласить своего деда?
Действительно, почему бы нет? Неприязнь неприязнью, но приличия надо было
соблюдать.
- Хорошо, - сказал Сиргилл, - я не возражаю. Хотя твоя жена, кажется, не слишком
меня любит.
- Как раз наоборот. Это ее идея. Она хочет поговорить с вами.
Сердце дрогнуло. Он подумал, что речь может пойти о Термире. Все-таки жрица знала
больше о своей богине, чем он.
- Когда? - спросил он бледнея.
- Сегодня после заседания. Идет?
- Хорошо.
- Тогда я позвоню ей и скажу, что вы согласны?
- Позвони.
Внук удовлетворенно кивнул и отошел. Сиргилл с минуту приходил в себя. Все это
время он старался не думать о Термире, но именно это он и делал днем и ночью. История
казалась невероятной!
Он, Сиргилл Индендра, безнадежный пленник песчаной планеты, оказался в янтарной
гостиной именно в тот день и час, когда должно было произойти зачатие. И что-то роковое
задержало Леция, и Термира позволила ему, простому электрику, сесть за стол, и они сразу
почувствовали неодолимое влечение друг к другу, как будто кто-то намеренно соединял их.
И ему это удалось! Почему же потом этот пресветлый Алвзур Ор не вразумил ее? Почему
не остановил?!
Ответ у Сиргилла был только один: Термира любила не его, а Леция, и с этим ни один
бог ничего не мог поделать.
Потом он огляделся. Народ постепенно собирался. В зал зашла эффектная женщина в
белом брючном костюме, которую все называли «Грэф». Историю этого монстра он
слышал, тем более, что она касалась Сии. Сия была мертва, а этот интриган жил и
здравствовал. И даже являлся на заседания Директории. Вот так, вблизи, Сиргилл видел
его впервые.
- Ты уже как член совета, - хмуро сказал этой даме Азол Кера.
- Что делать, - усмехнулась она, - если вы без меня ни на что не годитесь!
- Это мы-то не годимся?!
- Ты только шеи сворачивать умеешь, Кера. Тут тебе равных нет!
- Вот и не забывай об этом. А забудешь, я напомню. Шея у тебя теперь тонкая.
- И красивая, болван ты неотесанный. Так и не научился с дамами разговаривать!
Лучше покажите мне вашего предка. Я девушка любопытная.
«И наглая», - подумал Сиргилл.
Кера плюнул с досады и отошел.
