знали, что это моя женщина, что она ждет меня. И знали, для чего. Но вас это не
остановило. Вы все мое считаете своим, да?
Сиргилл молчал. Он не нашел сразу, что ответить своему разгневанному сыну. Он
просто был в шоке.
- Можете забирать всё, - раздраженно продолжил Леций, - дворец, планету,
Директорию, Термиру... вы старший, я уступлю... но говорить с моей женой об этом без
моего согласия вы не имели никакого права. Это уж слишком!
- Наверно, - вздохнул Сиргилл, - наверно, не имел. Я многое забыл из правил
приличия. Простите меня, ваше величество.
- Забыли? - сверкнул глазами Леций, - так вспоминайте скорее!
Так же внезапно, как вошел, он вышел. Голубой плащ так и полетел за ним вслед.
Сиргилл доплелся на ватных ногах до кровати, сел и стиснул голову руками. «Сыновей
надо любить такими, какие они есть...»
*****************************************
Руэрто выпрыгнул с раскопок прямо в спальню и бросил рюкзак к ногам. Из всех
зеркал на него глядело небритое, обветренное лицо. Сейчас он походил на дикаря не
меньше, чем Герц.
- Ох! - изумилась Гева, заглядывая в дверь, - это ты? А я думаю, что это там за шум?
- Я! - он раскрыл объятья, - герой ледяных пещер!
- И не предупредил...
Она как-то смущенно подошла и ответила на его поцелуй.
- Что случилось? - удивился он, - я слишком колючий?
- Нет, - улыбнулась жена, - мне нравится. Даже то, что ты пахнешь соляркой,
нравится...
- А что, дорогая? Ты какая-то странная?
- Ничего. Просто я не ждала тебя... и у меня гость.
- Какой гость?
- Это... большой ценитель твоих картин. Я давно обещала ему показать их, так что не
удивляйся.
- Та-ак! - Руэрто кинул полушубок на кровать и закатал рукава свитера, - не удивляться,
значит? Муж за порог, а у тебя уже ценители?
- Пожалуйста, будь с ним повежливее. Хорошо?
- 344 -
- Не убивать, что ли?
- Эрто!
- Ну ладно, пойдем посмотрим, кто там покушается на мои картины и на мою жену!
Гева шла впереди. Он ни секунды не сомневался в ее любви и понять не мог, почему
она так волнуется. С чего бы? Потом вообще перестал что-то понимать.
Посреди гостиной стоял на кривых ножках крохотный уродец с огромной головой и
лицом состарившегося младенца. Он удивленно смотрел на хозяина дома снизу вверх.
Хозяин не менее удивленно смотрел на него.
- Это Эцо, - сказала Гева дрогнувшим голосом, - познакомься с ним.
- Да?
- Эцо, а это мой муж, Руэрто Нрис.
Уродец заморгал голубыми глазками.
- Вот вы какой. Я представлял вас иначе, господин Нрис.
- Ты меня еще и представлял? - усмехнулся Руэрто, он был в шоке оттого, что их
представили друг другу почти как равных.
- Понимаете, - нараспев, несколько занудно и манерно заговорил этот клоп своим
писклявым голоском, - я, конечно, пытался представить аппира, который собрал такую
утонченную коллекцию, у которого такой безупречный вкус и чувство меры... и не
предполагал, что вы... больше похожи на дуплога, чем на аппира.
Гева просто вся застыла от ужаса.
- Эцо, - прошептала она.
- Ты всегда говоришь то, что думаешь? - спросил Руэрто.
- Говорить не то, что думаешь - значит, не быть собой, - философски ответил малыш
все также пискляво-занудно, - а какой смысл приходить в этот мир, чтобы притворяться
кем-то другим?
- Да?
- Разве не об этом ваша картина «Лодка в камышах?»
- По-моему, она про камыши, - совсем ошалел от своего заумного гостя Нрис, - и про
лодку.
- Но разве вы не видите, как она естественна? Ни штриха фальши. Все как есть:
гнилые доски мостков, ржавый гвоздь, асимметрия во всем... все не идеально, но все
вместе - прекрасно, глаз не оторвать, завораживает... Быть собой - это самое простое и
самое сложное одновременно. Разве нет? Вы читали Миуса Маэнтра? «Мысли о вечном»?
- О вечном? - Руэрто так и сел на атласный диванчик между статуй, - что-то не
припомню.
- А «Великое и смешное, то, о чем молчим»?
- Миуса?
- Ну да.
- Нет. Не читал.
- Возможно, вам еще рано. Можно начать с «Размышлений у закрытой двери». Это о
кризисе в искусстве вообще. Правда, они не переведены на современный аппирский, но
это ведь не проблема для пытливого ума. Разве не так?
Руэрто кивнул.
- Не проблема.
- В поиске истины должны быть препятствия. Это необходимо. Истина не должна
доставаться легко или даром. За все нужно платить свою цену, за мудрость тем более. Вы
согласны со мной?
- Да как тебе сказать....
- Я понимаю. Вам трудно судить об этом. Вам многое давалось легко: вы сильны,
красивы, талантливы. Это не позволяет вам увидеть истину. Но вы стремитесь к ней. Это
видно. Знаете, у виалийского мастера Хрустнивааля есть картина «Власть», она об этом.
Портрет всемогущего правителя в окружении всех благ его двора, но при этом оттенками
красок, неуловимыми штрихами, всей композицией передается ощущение глубинной
пустоты. И только старик-слуга на заднем плане вполне гармоничен и самодостаточен...
- 345 -
