мраморного пола. Почему-то весь мир представлялся теперь пустым, вот таким же чистым
и неинтересным. Энергия накопилась как-то сама собой, тело тоже все решило само. Он
встал и прыгнул во дворец.
Леций сидел в кабинете, погрязнув в куче бумаг, и тоже выглядел странно. Светлые,
пепельные волосы были небрежно зачесаны назад, обычно он их укладывал. На щеках
проступала небритость, а костюм был абсолютно черный. «Белое солнце» пульсировало
довольно неустойчиво.
- Знаешь новость? - спросил Нрис с порога.
- Какую? - хмуро спросил Верховный Правитель, по всему было видно, что он не
желает больше слышать никаких новостей.
- Замечательную, - съязвил Руэрто, - как ты думаешь, где твой отец?
Это слово подействовало на Леция магически. Он вскочил во всполохах синего
пламени, бросил все свои бумаги на стол.
- Что еще случилось?! Где он?! Опять на Земле?!
- Хуже, - сказал Руэрто хмуро, - на Наоле. И никогда оттуда не вернется. Понятно тебе?
- Что?
- То! Я бы тоже от тебя сбежал, Леций Лакон! Что ты ему наговорил, черт тебя
подери?! Что ты с ним сделал?!
С минуту Леций просто не мог осознать услышанное.
- Не может быть... - поговорил он наконец, потом быстрым шагом направился в покои
Сиргилла. Нрис последовал за ним.
В комнате был идеальный порядок. Кровать застелена, все вещи разложены по
полочкам, всё на своих местах. Синий с серебром камзол висел в шкафу. Леций медленно
прикоснулся к нему, потом уткнулся лбом в дверцу шкафа.
- Он сказал, что не вернется?
- 349 -
- Он сказал, что всем здесь мешает. Что у него есть свой дом и своя планета. Больше
ничего. И он прав, черт возьми! Я не знаю, что у вас там произошло... но мне бы одной
твоей надменной рожи хватило, чтобы свалить отсюда.
Леций не ответил. Он долго кругами ходил по комнате, тупо глядя в пол, и молчал.
- Что ты ходишь! - не выдержал Руэрто, - какого чета? Звони Консу, объясняйся,
прыгайте на Наолу, возвращайте его как можете! Я не хочу из-за ваших идиотских
амбиций терять единственного деда!
- Уйди, Ру.
- Что?
- Уйди, прошу тебя.
- Ты намерен то-то делать или нет?
- Я не намерен перед тобой отчитываться!
Нрис вдруг понял, что его терпеливый дядя уже на пределе, и скандалить с ним нет
никакого смысла, даже жаль его как-то.
- Почему же? - спросил сдержанно, - или я такой уж посторонний?
- Конечно, нет, - посмотрел на него Леций, - конечно, ты не посторонний. Извини. Я
просто не могу сейчас ничего решить. Я в шоке.
- Хочешь сказать, что ты ничего не понимаешь?
- В том-то и дело, что понимаю...
В полном отчаянии правитель аппиров сел на кровать и стиснул голову руками.
- Уйди, Ру, я должен побыть один.
- Но тебе же плохо, дядя...
- Да, мне плохо. Я не могу ужиться с собственным отцом под одной крышей. Что в
этом может быть хорошего?
Руэрто уже пожалел, что вернулся с раскопок. Там было хорошо и просто:
напряженная работа, спирт с тушенкой и старые анекдоты, рассказанные каждый вечер по-
новому. Он молча попятился и прикрыл за собой дверь.
Следующим был дядя Конс. Тот как будто даже не удивился, только побледнел еще
больше.
- Я знал, что этим кончится, - пожал он плечом, - разве может Леций признать чье-то
старшинство? Одни слова только...
- А ты? Ты-то куда смотрел?! Это же и твой отец!
- А я всегда был последним, кого он хотел видеть.
Конс стоял у горящего камина, его резкое, демоническое лицо, густо поросшее черной
бородой, освещалось рыжим пламенем, оно было непримиримо.
- Господи, боже мой, - покачал головой Руэрто, - неужели так трудно избавиться от
детских обид? Неужели так трудно простить отца за то, что сто пятнадцать лет назад он к
вам не вернулся, да и то не по своей воле? За то, что одного он сажал на колени чаще, чем
другого? Вам всем нужен водопад Всепрощения, это уж точно!
- Какой еще водопад?
- Есть такой во Львиных горах. Мне пришлось через него пройти, и, знаешь, мне
стало проще жить. Думаешь, мне было легче?
Конс молчал.
- Ру, хочешь чаю? - обняла его сзади Флоренсия.
- Хочу, - почему-то согласился он, хотя только что пил.
Она увела его на кухню. Конс остался в гостиной.
- Не трогай его сейчас, Ру. Не нужно.
- Насколько я понял, ему плевать.
- Если бы... я уже замучилась, сама не знаю, что с ним делать.
- Сиргилл в самом деле не любил его?
Флоренсия грустно смотрела уставшими темными глазами.
- Откуда мне знать, Ру, как там все было на самом деле? Я знаю, что Сия невзлюбила
отца, когда он женился в пятый раз на своей служанке Ассоль. Ревновала, видимо. Потом
родились близнецы, и она их тоже невзлюбила. Извини, но, наверно, она много сделала,
- 350 -
чтобы рассорить своих младших братьев. Одному говорила одно, другому - другое.
Результат налицо - они все время в конфликте. Они, конечно, очень разные, но не
настолько, чтобы ненавидеть друг друга. Все это идет из детства.
- Похоже на то, мать умела плести интриги. Ее уж нет давно, а веревочка все вьется...
- Тебе, наверно, больно это слышать?
- Нет. Нормально.
