- У вас нет выбора, - сказал Кех, - вы должны покинуть наше время. Вы нарушаете
законы. Назад на Пьеллу я вас все равно не повезу.
- Ах, так...
- Ладно, Герц, - перебил его Кондор, - влипли так влипли, давно надо было понять. Чего
теперь?
Льюис в это время стоял с липким потом на спине. А если действительно этот Хмо
откажется их перебросить или не сможет чисто технически? Что останется? Золотой век на
Шеоре? Веселая жизнь на оранжевой планете? Жизнь без Скирни, без отца, без друзей, без
работы... Он как-то забыл, что считает себя здесь старшим и должен принять решение.
- Мы согласны, - буркнул Герц, не спрашивая его мнения, - когда будет готово?
- Профессор говорит, что завтра. Надо перестроить вектор.
- А планету пока можно осмотреть?
- Я думаю, что можно.
Над планетой они полетали от силы час, и этого хватило. Льюису было гораздо
интереснее поговорить с инженерами Станции, узнать принципы работы их установки, а
заодно и что они думают по поводу происшедшего миллион лет назад взрыва. Увы, языка он
не знал. Через переводчика-спасателя, да еще пользуясь языком диких охотников-львов,
совершенно невозможно было обсуждать такие вещи. Он понял только, что ивринги
методично и постепенно прорываются все глубже в прошлое, чтобы застать время,
предшествующее первому взрыву.
Сами они оказались не любопытны. Не хотели получать информацию о будущем. И,
наверное, были правы.
Надежда на лучшее все же оставалась. Льюис, как ни старался, так и не смог уснуть в эту
ночь, последнюю ночь в этом времени. Он думал о Скирни, в тысячный раз предполагал, что
ей скажет и как объяснит свое бегство и вранье. Как это будет? Простит ли она его? Не
разлюбит ли? Поверит ли, что он целый год только о ней и думал?
Он лежал в просторной и полупустой комнате с узкими как щели окнами. Он чувствовал
себя подопытным псом в клетке, над которым завтра будут проводить рискованный
эксперимент. И деваться ему из этой клетки было некуда.
*****************************************************
- Прощайте, - напутственно сказал командир Кех, по-мужски хлопая каждого по плечу, -
все будет хорошо, аппиры. Девятый транспериод - благодатное время. Вам понравится.
- Да-да, - усмехнулся Герц, - Золотой век. Это мы помним.
Эти были рады от них избавиться. Оставалось надеяться, что те в девятом транспериоде
- тоже.
- Ладно, командир, - сказал он бодро, - спасибо за помощь. Я добро помню. А вдруг еще
пересечемся?
- Кто знает. . - усмехнулся спасатель.
Льюис был бледен. Кондор - хмур. Герц никак не хотел признать себя виноватым, хотя и
понимал, что сделал немало, чтобы они попали в этот шар.
- Что вы как на эшафот идете? - разозлился он, - все отлично будет! Как я сказал, так и
будет. Сейчас прямиком в Золотой век, а оттуда - домой. Плохо ли? Отмоемся во дворце, пива
напьемся!
- Помолчи ты, Рыжий, - фыркнул на него Кондор, - и без тебя тошно.
- Ему тошно! Ну лети назад, на Пьеллу! Дожидайся дядю Грэфа!
- Помолчи, а?
- 450 -
Герц обиженно замолчал. Они все трое опустились на круглое сиденье в центре шара,
прижались друг к другу спинами. Вход наглухо закрылся. Свет внутри погас.
- Все, ребята, - тихо и обреченно сказал Льюис, - обратной дороги нет. Давайте что ли за
руки возьмемся?
Уже молча, они вцепились друг в друга. Так было спокойнее. Так было не страшно
пропадать, если что. Герц подумал вдруг, как это здорово, что у него есть такие братья, что он
их любит, что совсем даже не обижается на все их колкости и насмешки. Потом подумал, что
и жену свою скандальную, швыряющую в него вазы и подсвечники, тоже все-таки любит, и
мальчишек своих скучно-правильных, не дающих царю выпить лишнюю бутылку, все равно
обожает, и дорогую мамочку, и отца, и уж, конечно, неподражаемого брата Эдгара! И
вообще, это так здорово - всех любить!
Шар вокруг них начал медленно, с нудным звуком, вращаться. Вращение ускорялось,
звук повышался, наступала невесомость. Все это длилось недолго. Потом как будто лопнула
струна. Вернулась тяжесть, шар замедлился, остановился совсем, затих. Но свет так и не
вспыхнул. И дверь не открылась. Еще какое-то время они сидели в полной тишине, не
понимая, что происходит.
- Похоже, всё, - первым очнулся Кондор, - прибыли. Только встречать нас, кажется, никто
не собирается.
- Ох... - только и вымолвил Льюис.
Герц вскочил. Он не мог поверить в то, что их просто обманули и отправили в
неизвестную точку будущего или прошлого от греха подальше. Он надавил на дверь, та не
поддалась. Пнул ее ногой - ничего не вышло, только пальцы заломило. Это взбесило.
Разозлившись, он вдруг увидел вокруг себя привычную синюю сферу. Энергия вернулась.
Это чувствовалось уже всем телом. И это было здорово!
- Спокойно, мальчики, - сказал он злорадно, - не волнуйтесь. Сейчас выйдем! Сейчас мы
это яйцо расколем на яичницу!
Их темница треснула от синего взрыва. Выломав кусок побольше, они выбрались наружу.
