тупо в темноте, не понимая: сон это или явь? Потом как пьяный пошел по коридору.
Он был обладателем пока еще великой тайны о возвращении трех блудных сыновей и не
знал, кого первого обрадовать. За окнами была ночь, все спали. Мать страдала бессонницей,
ее лучше было не будить, Ольгерд вполне мог потерпеть до утра, отец тоже, а Конс, наверно,
уже сам разбирался со своим сыном. Эдгар вспомнил о деде. Вот ему, как никому, нужны
были хорошие новости. Хоть что-то, что может его обрадовать.
- 482 -
Через минуту он был в больнице, у Сиргилла в палате. Видеть совершенно
беспомощного, неподвижного деда было больно и смертельно обидно. Тело не подчинялось
ему. Великий Сиргилл Индендра не мог ни двигаться, ни говорить, ни моргнуть. Даже
зрачки не слушались его - он застывшим взглядом смотрел в одну точку.
Эдгар сделал все, что от него зависело, и ничего не смог сделать. Перво-наперво, он
попытался избавить деда от этого тела и перенести его в мир, где тот по-прежнему велик и
силен, где он - Эр Несокрушимая Кувалда. Увы, второй раз им этот номер проделать не
удалось. Очевидно, дед слишком ослаб и потерял в проклятой Шеорской дыре не только
здоровье, но и энергию.
Просто же избавить его от неподвижного тела, то есть фактически убить собственного
деда, рука не поднималась. Ни у кого не поднималась. Все боролись за его жизнь.
Эдгар кинулся к Ириде на Морнигул-2. Она сказала, что скоро будет завершен канал
Восхождения для золотых львов, тогда она сможет помочь. На том и остановились.
Сиргилл смотрел прямо перед собой на календарь с горными вершинами. Эдгар по
характеру диаграмм на экранах понял, что дед не спит. Он повернул его голову чуть-чуть
вбок, к себе, и сел на край кровати. Диаграммы помогали поверхностно общаться. Для более
глубокого общения Эдгар использовал свои экспертные способности. Он просто входил в
состояние деда и понимал, что тот хочет ему сказать.
- Не спишь, дед. Я вижу. . Ты молодец, хорошо выглядишь... дай-ка я тебе лоб вытру. .
Сиргилл молчал, но по изгибам сине-зеленого луча Эдгару показалось, что он улыбается.
- Я пришел тебя обрадовать. Ты слышишь меня? У нас очень хорошие новости, дед. Мы
и не надеялись, а это случилось. Наши мальчишки вернулись из прошлого. Твои внуки
вернулись.
Теперь Сиргилл смотрел как будто с вопросом.
- Я сам пока мало знаю. Они почему-то на Шеоре. Похоже, их перебросили ивринги.
Промахнулись, черти, на пятнадцать лет, не учли чего-то... Я пока никому не говорил. Ты
первый, дед.
Дед молчал и смотрел неподвижными голубыми глазами. Где-то только что, недавно
Эдгар видел такую голубизну, такую небесную голубизну, которая выше всякой суеты и от
которой кружится голова.
- Ты рад, я знаю. Ты знал, что Герц вернется, правда? Ты сберег его царство, ты
вырастил его детей. Было бы обидно, если б он этого никогда не увидел.
Дед внутренне улыбался. Он вообще умудрялся при всей своей беспомощности не
впадать в отчаяние. Наверно, сказывались сто лет каменоломен и то бесконечное терпение,
которое он там приобрел.
- А еще, представляешь... Кондор ведь тоже вернулся. Это шанс! Он наконец посмотрит,
что с тобой!
Дверь за спиной тихо отворилась. Эдгар погладил деда по руке и обернулся. В дверях
стоял Кондор Индендра.
***********************************************
Кондор не решился прыгнуть сразу домой. Решил сначала немного адаптироваться на
Пьелле и начать с больницы. Там, он надеялся, его еще помнили.
Не угадал он дважды. Во-первых, в Менгре была зима. А во вторых - вечер, темный
зимний вечер с мокрым снегом и ветром. Окна больничных корпусов ярко светились в
промозглой серости. Туда он и поспешил, скрипя зубами от отсутствия энергии.
В темноте трудно было понять, что тут изменилось. Корпуса стояли как будто на месте,
дорожки пролегали там же, стоянки и лавочки были прежние. Вот только перед главным
корпусом почти у самого входа вырос бронзовый памятник.
Кондор, ежась от холода, взглянул на него краем глаза. Фигура была женская, хрупкая и
сильная одновременно. Она просто стояла, немного отведя правую руку в сторону, как будто
приглашала войти.
- Надо же, - подумал он, - как на маму похожа.
- 483 -
Больше ничего не подумал. Просто подошел ближе. «Флоренсия...» - прочитал он на
постаменте.
- Вот это да! - уже удивился он останавливаясь, - и имя такое же. Бывают же совпадения!
Хотя, у землян Флоренсий много, землянка, наверное...
«... Нейл», - разглядел он ее фамилию.
- Ну это уж совсем невероятно! Флоренсия Нейл да еще так похожа на маму?.. И с какой
стати она тут стоит, возле больницы? Мама все создала, это мамина больница, а памятник
какой-то другой Флоренсии...
И только потом его недоумение сменилось жуткой догадкой.
Кондор попятился.
- Нет, - помотал он головой, - нет, не может быть.
Он повторял это вслух, всматриваясь в темноте в бронзовое лицо хрупкой и сильной
женщины на постаменте, он даже забыл про леденящий холод. Потом замолчал, тупо стоя на
