Алые ровные линии, точно такие же, как у меня, прорезали молочную кожу, точно уродливый шрам. Я скрестил руки на груди, не отворачиваясь и рассматривая свидетельство проказы судьбы, что обещало погубить нас обоих. От меня не ускользнуло, как дрогнула рука Неи, стоило сестре прикоснуться к ней. Как Ханна отпрянула и отпустила запястье, сглатывая подбежавший к горлу ком, и подняла голову, наконец посмотрев Нее в лицо.
— Позволь мне взять кровь, — произнёс Зак, подходя и протягивая руку.
Нея резко отпрянула, как от огня, и сделала шаг назад, а во взгляде вновь проскользнул страх.
— Она с детства боится уколов, — скривилась Ханна, ядовито выплёвывая слова.
Я видел, как напряглась фигура Неи, как пальцы задрожали, и она сжала кулак, стараясь скрыть эту слабость. Несколько секунд все молчали, и я уже хотел вмешаться, наблюдая, как сёстры прожигают глазами друг друга. Повисшее в воздухе напряжение было физически ощутимо, а у меня не было больше терпения возиться с ещё одной возникшей проблемой. Но в долю секунды лицо Неи преобразилось. Она медленно приподняла бровь, вздёрнула подбородок и, всё так же смело глядя на Ханну, произнесла:
— Так же, как и крови. После того, как на моих глазах зарезали нашего отца, а тебя утащили в неизвестном направлении, — голос звучал спокойно и даже гордо.
Я мысленно ухмыльнулся, оценивая выдержку этой девчонки. Она вновь довольно быстро развеяла слухи, которые мне были известны. Не скажу, что когда-либо верил им, но всегда предпочитал владеть абсолютно всей информацией.
— А вы меня и не пробовали искать! — обижено воскликнула Ханна, она явно заводилась всё больше и уже не могла контролировать свои эмоции.
— Полагаешь? — Нея наклонила голову, беспристрастно смотря на сестру. Её голос уже не дрожал, а осанка была идеально ровной.
Вопрос прозвучал настолько спокойно, что Ханна ошарашено замерла. Голубые глаза бегали по лицу Неи, явно пытаясь найти отголоски хоть какого-то сарказма. Но сестра или полностью контролировала себя, или попросту ничего не испытывала. И что-то мне подсказывало, что правильным был именно первый вариант. Уж очень напряжённо сжимались её кулаки — так, что даже костяшки пальцев побелели.
— Я принимала Апфер четыре дня назад, — отчеканила Нея, переводя взгляд на Оуэна и отвечая на повисший вопрос. — Но сегодня утром у меня начали появляться эмоции, как и обоняние.
Её лицо не выражало ничего, будто Нея надела фарфоровую маску. Такая резкая смена настроения даже пугала. Я неотрывно следил за тем, как она подошла к столу, где лежали все подготовленные для анализа пробы и обернулась, взяв на ходу спиртовую салфетку.
— Вам нужна моя кровь? — Нея смотрела прямо на меня.
Я кивнул, и в долю секунды она провела салфеткой по ладони, взяла нож и полоснула себя по коже. Лишь слегка нахмурившись и сжав губы, взяла одну из пробирок, наполняя ту кровью. Багровые капли падали на пол, но она этого будто не замечала, вновь поднимая взор и гордо окидывая всех присутствующих.
— Достаточно? — Нея обернулась к Заку.
— Вполне, — кивнул он в ответ с усмешкой на губах. — Ты уже начинаешь мне нравиться.
Все стояли в немом изумлении от столь безэмоциональной выходки. Я ощутил, как напряжённо запульсировали мои виски. Ханна порывисто развернулась после последних слов Зака и вышла из штаба, громко и демонстративно хлопнув дверью.
— Я провожу тебя в комнату, — нетерпеливо бросил я, чувствуя, как вновь начинал закипать.
Ко всей массе проблем определённо прибавилась ещё одна, которую я собственноручно привёл в наш лагерь. А ведь мы были на грани срыва всего плана, после того, что произошло во время приёма. Хоть образцы Апфера второй группе и удалось достать, это был лишь первый шаг на пути к осуществлению общего замысла.
— Ждите здесь, — кивнул я Оуэну и Заку и направился к двери, к своему облегчению замечая, как побледневшая Нея всё-таки последовала за мной.
Мы молча шли вдоль широкого коридора, стены которого сейчас нещадно давили. Будто я пробирался через низкие своды каменной пещеры, которые вот-вот должны были рухнуть прямо на меня. Я чувствовал измотанность и злость, бушевавшую внутри. Давно меня так ничего не выводило из себя. В большинстве случаев я предпочитал сохранять хладнокровие и продумывать всё на несколько шагов вперёд. Только то, что судьба загонит меня во временную клетку, предугадать было невозможно.
Комната, в которую мы направлялись, примыкала к моей. И я молился не встретить никого из сопротивления по дороге. У меня попросту не осталось больше терпения даже для такого.
За спиной слышались шаркающие шаги, но я равнодушно шёл прямо, не оглядываясь до самой двери. Но около неё остановился, обернулся и пропустил Нею вперёд. Она не осматривалась и даже не задержала взгляда на чём-то конкретном. Лишь прошла вглубь и застыла, будто выжидая, пока выйду я.
