— В тот год особенно припекло, — сообщил он невыразительным голосом. Водопроводная труба очень некстати сгнила, пока хватились, земля стала — что каменная. Пришлось покупать картошку в Пентхаусе, а советник Альцгеймера, хитрый старый хер Генри Кислый, Крыссинджер, заносчивый старый хер из Биллиардного клуба, уперся кием, и ни в какую. Шиш вам, красноперые, говорит, ни единого кукурузного початка от нас не дождетесь, пока всех обетованцев не выпустите к нам на ПМЖ. Списки спустил, кого выпускать, а кто им и даром не нужен. Прикидываешь, каков наглец. Кемпа с Дэвидом туда вписал втихаря, харя гнусная, а опер-сексоты пьяные были и прошляпили. Махнули обоих на два мешка пшеничной крупы. А, как хватились, поздно стало пить Боржоми, птичка выпорхнула, блядь. Сразу за ней полетели погоны, но кому от того легче? Кемп с Дэвидом все наши секретные наработки по подготовке Потреблядской пандемии выложили Федеральному Бюро Находок. Те, как разобрались, что им готовилось, схватились за голову. Осознали, суки находчивые, что по самому краю вместе со всем своим долбанным Федеральным Резервуаром А Кемп и Дэвид, парочка ренегатов, говорят: вот готовый рецепт экстракта палочек Йобола, у стройбанов против них иммунитета нет, если грянет эпидемия, Домострою, с его плановым потреблением воздуха и лимитированными фондами дыхсмеси — кырдык. Надо только про пьянящий воздух свободы у ГосПорога покричать, и понеслась. Стройбаны в угаре свой ССанКордон сами по камешку разнесут, а потом мы их быстренько Шоковой терапией угомоним. Что дальше было, без меня знаешь, нашим же оружием — нас под орех…
— А как же прививки от Потреблядства? — напомнил я. — Вы же говорили, будто вакцину удалось разработать?
— Так ведь Кемп с Дэвидом увезли с собой всю проектную документацию. Она в довесок к крупе пошла. Хоть бери, сызнова начинай…
— А в чем проблема? Неужели среди военруков не нашлось никого, кто бы заменил Кемпа с Дэвидом?
— Дело не в том, мог или нет, — неохотно сказал Полковник, отчего я понял: таких не нашлось. Просто, взвесив последствия вакцинации, программу закрыли.
— Почему? — не сдавался я.
— Помнишь, я тебе рассказывал, как инфицированные неслись в гиперлавки, а найти причины такому странному поведению долго никто не мог. Разобрались, только когда о микроскопе вспомнили, его пришлось в Западном заказать. Сделали вскрытие одного загнувшегося от Потреблядства активиста, заглянули в окуляр, а там… мать честная… Оказалось, долбаная палочка Йобола оквадрачивает извилины в мозгу, аккурат по форме Кривоговорящих зеркал.
— Оквадрачивает? — переспросил я, не став скрывать недоумения.
— Ты что, уши с утра не мыл?
— Мыл, — заверил я. — Но как такое возможно?
— Какое-такое?! Если ты про уши, то очень даже запросто! С тех пор, как собака Консенсус, гад плешивый, отменил утренние построения, я, блядь, уже ничему не удивлюсь! Кто сейчас за чистотой ушей следит? Каждый второй мудак — в наушниках, а что под ними — догадайся сам! По кило серы, я тебе гарантирую! Гаркнешь такому, а ну, подровнялся, слюнтяй, смирррна, кругом, шагом марш, а он и ухом не ведет…
— Я про оквадрачивание извилин, — терпеливо пояснил я.
— Если б только их одних! — воскликнул Полковник и шлепнул тяжелой волосатой ладонью по столу. — Оквадрачивание незаметно, с нейронов начиналось, а уже дальше шло по нарастающей. Первым оквадрачивался продолговатый мозг, который отвечает за дыхательный ритм, вследствие чего дыхание сильно учащалось. Заглянет такой жилец в цветной каталог какого-нибудь буевого магазина МЕТРО, и все, колотит его, будто за голый электрокабель схватился. Это был первый звонок. Затем начинались необратимые изменения в гипофизе, и давай он потреблядскими гормонами фонтанировать, от которых жильца — то в жар, то в холод. Лихорадка, шутка ли дело. Тем временем, процесс оквадрачивания перекидывался на гипоталамус, и у жильца из всех мыслей, лишь одна оставалась, как бы ему скорей в гиперлавку попасть. Следом оквадрачивание поражало мозжечок, а он отвечает за моторику. Стало быть, вот тебе и лунатизм, над которым мы долго ломали головы. Глянешь, бывало, на такие пострадавшие мозги, сразу ясно становится, отчего бедняга при жизни ни единого нормального слова вымолвить не мог, ни так точно, тебе, ни упал-отжался, а только это свое ВАУ-ВАУ-ВАУ засраное. Ну а страшнее всего то, что на последних стадиях заболевания даже череп форму менял, из горшкоподобной на квадратную! Причем, даже у тех стройбанов, кого успели привить! Вроде как в полном порядке боец, годен к строевой, а как его в армию забреешь, если у него башка — что кирпич?! Где ему, мутанту нестандартному, квадратную каску взять?! А сотню касок?! Это что же получается, всю амуницию на складах — коту под хвост?! И давай не будем о способностях прямоугольных поверхностей к рикошету…
