Как сообщил редактор «Библейского археологического вестника» Гершель Шанкс, лет 15 назад некий иерусалимский коллекционер, не пожелавший назвать своего имени, набрел на лавочку торговца антиквариатом в южной части священного города у Оливковой горы. Разбирая археологические находки на полках магазина, коллекционер обратил внимание на одну погребальную урну из желтоватого известняка размером с полметра, казалось бы, ничем не отличающуюся от многих других, раскопанных археологами на территории Иерусалима, и приобрел ее. Такие урны, насколько знал коллекционер, делались в I в. н. э. и предназначались для хранения костей покойного. На них наносились надписи – имя усопшего, а иногда и имя его отца. На данной урне тоже были какие-то надписи, но любитель старины особо не присматривался к ним.
Анонимный коллекционер совершенно случайно познакомился на одной из светских вечеринок в Иерусалиме с известным специалистом по библейской археологии, лингвистом, профессором Сорбонны Андре Лемером и предложил ему ознакомиться с его покупкой и надписью на ней. Вскоре ученый посетил коллекционера и осмотрел урну. Когда он увидел надпись на арамейском языке (арамейцы – древнейшие ближневосточные племена) и разобрал ее, то… потерял дар речи! На урне значилось: «Иаков, сын Иосифа, брат Иисуса»!
Оссуарий Иакова
Как говорилось выше, обычно на погребальных урнах наносилось имя покойного и в крайнем случае имя его отца. Упоминание в данном случае родственной (братской) связи покойного с Иисусом придает, по мнению ученых, особую важность надписи и служит весомым аргументом в пользу идентичности упомянутого брата Иакова, с одной стороны, и Иисуса Христа – с другой! Кстати, эти имена и их родственные связи подтверждаются текстами Нового Завета, в которых Иисус назван сыном Иосифа, а Иаков – одним из братьев Иисуса. Согласно Священному Писанию, Иаков официально признал Иисуса своим братом во время переписи населения. С тех пор апостола Иакова, первого епископа Иерусалимского, именуют как «брат Господень во плоти».
Провести датировку урны радиоуглеродным методом не удалось из-за отсутствия в ней костей усопшего. Правда, армянские христиане говорят, что кости апостола хранятся у них в Кафедральном соборе Старого Иерусалима.
Профессор колледжа Барда в Нью-Йорке Брюс Чилтон считает, что для установления истины следует обязательно выяснить, где именно пребывала найденная погребальная урна на протяжении более двух тысяч лет. Ясно, что подобное выяснение пока выглядит весьма проблематичным.
Другим поводом для научных споров служит сама надпись на урне. Историки отмечают то обстоятельство, что в Галилее и Иудее I в. н. э. был в ходу сравнительно небольшой круг имен и наибольшее распространение имели имена – Иосиф, Иаков и Иисус. Имя Иаков, например, только в Новом Завете встречается 42 раза. Тем не менее уже известный нам библеист профессор Сорбонны Андре Лемер считает, что вероятность случайного, без особого смысла, появления в такой ситуации сразу трех имен в одной надписи составляет не более одного процента! Это свидетельствует об особой важности надписи. Чрезвычайно редким профессор полагает также двойное, так сказать, определение личности Иакова в надписи – как сына Иосифа и как брата Христа. Однако оппонент Лемера, австралийский эксперт профессор Джон Пейнтер, уверен, что надпись I в. н. э., упоминающая Иисуса как родственника (брата), обязательно имела бы добавление (как это сделано в Новом Завете) – «Господа нашего Иисуса».
