– Может, останешься дома, возьмешь выходной? Вид у тебя усталый.
– Все будет в порядке. Я хорошо выспался. Ближайшее время придется потрудиться; перед приездом важной шишки всегда суматоха.
Миками улыбнулся, надеясь, что не заставил жену без нужды волноваться. Все утро он ломал голову над тем, как проломить стену, выросшую вокруг уголовного розыска после введения запрета на передачу информации. Если он хочет переубедить Амэмию, должен побольше узнать о нем у кого-нибудь из следственно-оперативной группы.
После пяти коротких телефонных разговоров он понял: выцарапать сведения у бывших коллег будет нелегко. Тут не помогут прежние связи и знакомства. Он ничего не сможет сделать, если они, как Акусава, начнут отделываться от него под любыми предлогами. Для того чтобы что-то выяснить, вначале придется понять, почему наложен запрет на передачу информации.
В коридоре зазвонил телефон – внутренняя линия. Когда ее прокладывали, Миками купил аппарат с длинным шнуром, чтобы в случае необходимости можно было выходить с телефоном в спальню или в гостиную. Миками снял трубку. Кто бы это мог быть? Скорее всего, Исии или Сува…
– Извини, что беспокою в выходной день, – послышался голос заместителя начальника Второго управления Итокавы.
Как показалось Миками, Итокава прикрывал рот рукой.
– Сегодняшние статьи – твоя работа? – Он имел в виду сенсационные репортажи «Тоё» и «Таймс».
– Нет. – Миками услышал тяжелый вздох. – А что, к тебе уже пришли?
– Только что заходили представители четырех газет; еще пять на телефоне.
– Злятся?
– Злы как черти – все до одного.
– А босс?
– Что – босс?
– Аракида уже звонил?
– Еще нет.
Нет новостей от Аракиды, который обычно на взводе всякий раз, как в газетах появляется сенсация? Миками покачал головой; значит, Аракида сейчас занят другими вещами.
– И вообще, Миками… – нерешительно продолжал Итокава. – Насчет нашего разговора в кабинете для допросов… Ты никогда не слышал, чтобы я упоминал…
– Конечно, – оборвал его Миками. – Я ничего от тебя не узнал. Я ничего не знаю, следовательно, не могу допустить утечку. Договорились?
Миками быстро позвонил Суве, затем сел в машину и уехал. Он решил нанести Такэси Цутиганэ визит без приглашения. Цутиганэ был годом старше Миками; с весны прошлого года он замещал руководителя следственной группы по «Делу 64». Они с Цутиганэ не считали друг друга ни близкими друзьями, ни врагами. Кроме того, Миками помнил, что Цутиганэ живет в доме, принадлежавшем его бабушке и дедушке; пока запрет на общение с административным департаментом остается в силе, рискованно навещать кого-либо из детективов, живущих в служебных квартирах, поскольку там они со всех сторон окружены коллегами.
На дорогах было спокойно. Миками довольно быстро добрался до места назначения – квартала Мидорияма. Он медленно ехал по улочкам, высматривая номера домов. Повернув в очередной раз, он увидел, что тот, к кому он направляется, моет машину перед домом. Цутиганэ стоял к нему спиной. Он рассеянно обернулся – судя по всему, никуда не спешил и наслаждался заслуженным отдыхом. Но стоило ему разглядеть за рулем Миками, как он помрачнел.
– Давно не виделись! – крикнул Миками, опустив стекло.
Глаза Цутиганэ сместились на кончик шланга.
– Точно, Миками. Видишь, мою машину на холоде, собираюсь свозить жену в магазин и купить подарки к отпуску.
Цутиганэ явно хотел, чтобы Миками оставил его в покое. Миками понимал, раз Цутиганэ не на работе, значит, «Дело 64» уже не считается приоритетным, иначе следователям ни за что не дали бы целых два выходных дня.
Миками вылез из машины и протянул Цутиганэ коробку с лапшой удон, которую он купил по дороге. Он помнил традицию, бытовавшую среди детективов: нельзя отказать человеку, который привез тебе подарок. Цутиганэ неохотно пригласил Миками в дом. Они прошли в гостиную, обставленную в западном стиле, и сели друг напротив друга на диваны, обитые ситцем. Миками заговорил, стараясь внушить Цутиганэ, что в душе он по-прежнему детектив. Однако, как он ни старался, по тому, как Цутиганэ отводил глаза в сторону, с самого начала стало ясно, что «железный занавес» не пробьешь.
– Извини, что так ворвался, да еще в твой выходной, – начал Миками, почтительно склонив голову.
Цутиганэ находился в ранге инспектора полиции. Официально Миками был старше его по званию, но, работая вместе, они привыкли общаться на равных.
– Я приехал, чтобы спросить тебя кое о чем. Конкретно – о «Деле 64».
– Говори.
– Почему Ёсио Амэмия сердится на нас?
Цутиганэ вытаращил глаза:
– Ты к нему ездил?
– Совершенно верно.
– Когда?
– Два дня назад. Должен сказать, он меня очень удивил. Мне показалось, что он затаил на нас обиду.
– И что?
– Вот я и хочу узнать, откуда такая перемена.
– Не могу тебе сказать.
– Почему не можешь? В конце концов, ты ведь заместитель начальника следственно-оперативной группы по «Делу 64».
– Слушай… я не могу сказать тебе того, чего я не знаю.
