– Ты не посмеешь, – в ужасе выговорила я, чувствуя, как желчь поднимается вверх по пищеводу. – Шредер не станет тебя слушать.
– О, не переживай. Он меня послушает как миленький. Ты даже не представляешь, сколько мы с отцом делаем для твоей школы. – Она потерла большой палец о средний и указательный, намекая на большие благотворительные взносы. – Так что можешь не волноваться, Шредер примет правильное решение.
Разочарование горечью разлилось во рту. Меня затошнило. Я хотела накричать на маму, воззвать к здравому смыслу, но ничего не выходило, точно кто-то сшил мои губы ниткой. Несмотря на работающий подогрев сиденья, мне стало холодно. Я вспомнила, как мы с Ником ехали на этой машине. Как он пел песню и ужасно фальшивил, лишь бы вызвать у меня улыбку. Он был самым лучшим парнем на свете, и я не имела права рисковать его будущим.
– Держись от него подальше, – приказала мама. – Это мое первое и последнее предупреждение. Одна твоя ошибка, и он останется без аттестата.
Я отвернулась к окну, не в силах больше смотреть на маму. Это было бесчеловечно! Нику нужен этот чертов аттестат, чтобы поступить в академию! От этого столько зависит! В салоне машины повисло молчание, холодное и липкое. Мы подъехали к дому. Я уже собралась открыть дверь, чтобы поскорее убраться подальше от мамы, как ее ладонь опустилась на мое плечо.
– Отцу про сегодняшнюю ночь ничего не говорим, чтобы лишний раз не беспокоить.
Я еле сдерживалась, чтобы не накричать на нее.
– И до понедельника отдай мне свой телефон.
– Нет…
Хватка на плече стала жестче. Я поджала губы, вытащила из кармана телефон, выключила его и кинула ей на колени. Отстегнула ремень безопасности, распахнула дверь автомобиля и выскочила на улицу.
Глава 29
Ник
Я сидел в кабинете начальника полиции. Холодный пот ручейками стекал по спине. Футболка под толстовкой прилипла к коже. А посиневшая за выходные щека нервно дергалась.
Линднер сидел напротив и не сводил с меня серых глаз, а я ни черта не соображал. Лу молчала все выходные, и мои мысли постоянно крутились вокруг нее. Рваться к ней домой и еще больше провоцировать Хайди не имело смысла, а собеседование – второй этап отбора в академию – назначили на утро понедельника, и я не смог пересечься с ней в школе.
– Никлас? – позвал Линднер, нахмурившись.
Черт! Я тряхнул головой и уставился на начальника полицейского участка. Черные волосы над висками тронула седина. Нижнюю часть лица скрывала трехдневная щетина. Синяя полицейская форма подчеркивала его поджарую фигуру. Начальник держал лист со списком вопросов. Каждое собеседование проходило по установленной схеме: сорок пять минут, одинаковый набор вопросов и всего одна попытка убедить в своей пригодности. В моем случае мы перескочили только через первый пункт – «представьтесь, пожалуйста», – потому что Линднер отлично знал мою семью и на похоронах отца рассказывал о его доблестной службе.
Он точно задал мне какой-то вопрос, но какой?
– Не могли бы вы повторить?
Линднер кинул недовольный взгляд на Майка, сидевшего рядом с ним.
– Что привлекает тебя в работе полицейского?
– Стабильность, – начал перечислять я пункты, которые нашел в интернете в статье «Как с блеском пройти собеседование». – Отличная зарплата. Работа на благо общества. Команда. – Это можно было применить буквально ко всему, поэтому пятым пунктом, чтобы не спалиться, я добавил свой: – Возможность профессионально заниматься спортом.
Майк, этот засранец, сидел рядом с Линднером и безучастно смотрел на свои ногти. Да нормально ты их подстриг, нормально! Хватит пялиться! Я злился на него, потому что он отказался готовить меня к собеседованию, даже советов никаких не дал. Ну хорошо, один дал: «Будь собой». Спасибо, блин, большое! Я был полусиротой с матерью алкоголичкой.
– Это все? – Линднер изогнул брови, и мои ладони вспотели.
Я подавил желание вытереть их о джинсы.
– На самом деле нет. – Я сделал вдох, собираясь с силами. – С тех пор, как не стало отца, мама пьет. Она лечилась, но ей не помогло. Я хочу отправить ее в хорошую клинику. На зарплату в академии я бы смог это оплатить.
Линднер бросил взгляд на Майка, но тот лишь коротко кивнул.
– Опять не тот ответ, на который вы рассчитывали? – заволновался я еще больше.
– Я не могу давать оценку твоим ответам в процессе собеседования, – покачал головой начальник. – Перейдем к следующему вопросу. Назови пять ключевых слов, которыми тебя описал бы твой лучший друг.
– Предатель, – вырвалось у меня прежде, чем я успел подумать.
Майк вскинул голову, глаза шокированно округлились. «Вот надо было со мной прорепетировать! Кто тебе мешал?» – хотел заорать я на него, чувствуя, как от ужаса сжимаются внутренности. Счастливое будущее удалялось от меня семимильными шагами.
– Поясни, пожалуйста, – попросил Линднер, и голос его при этом звучал встревоженно.
Я сглотнул. Дал бы мне кто стакан воды. Со льдом. Очень много льда. А еще лучше, если бы кто-то вылил мне на голову ведро с ледяной водой.