Целью перемирия являлось открытие перевала на десять дней племенем Жадран, которое держало его под своим контролем, а также, соблюдая принципы неприкосновенности, оказание содействия в проведении через него мирного каравана. Взамен же предлагалось на пятнадцати машинах с прицепами доставить муку и мучные изделия для нужд племени. Ни проведенная в первый день встреча, ни две другие встречи в последующие дни, не принесли результатов.
Ответ аксакала племени Жадран каждый раз оставался категоричным: “Нам не нужны ваши пятнадцать машин хлеба, если сможете попробуйте пройти, мы отберем у вас весь ваш караван…”. Стало очевидным, что между нами может произойти кровавый бой. Оперативно был разработан план операции “Магистраль”. С целью участия в данной операции, предназначенной для проведения в масштабах армии, со всех воинских частей, расположенных по всей территории Афганистана начали пребывать военные колонны солдат в нашу, 56-ю десантно-штурмовую бригаду (ДШБ). Как бы много не было наших “уважаемых гостей”, прибывших с разных уголков, все они, в отличие от Газны, были размещены на просторной открытой местности, что находилась внутри воинской части.
Расспрашивая у солдат 66-й бригады, прибывших из Джелалабада, я отыскал Уткира Зоидова. Сейчас мне трудно описать ту встречу, которая прошла в восторженном состоянии…
Теперь мы были не молодыми солдатами тех времен, а людьми, повидавшими войну, опытными бойцами.
–А где Тура, не приехал? –первое, о чем спросил я у него. Уткир не мог отвести свойственные его имени (Уткир, на русском языке означает слово “острый”) глаза с острым взглядом.
– К добру ли, говори…
–Он уехал домой, прошло уже шесть месяцев, – сказал он, и его глаза прослезились.
После возвращения с той нашумевшей операции “Черная гора”, спустя некоторое время, Тура наступил на противопехотную мину и лишился одной ноги, после чего был направлен в Ленинград…
Пользуясь случаем, читатель, я расскажу вам о похождениях Уткира и Туры!
Развлекаясь игрой «в войну»
Капитан-десантник, еще в Кабуле, буквально оторвал меня от Уткира и Туры, чтобы забрать с собой, а их посадили в самолет для вылета в Джелалабад.
В завершении удачного ночного полета, как только сошли с трапа самолета, наряду с утомившимися молодыми солдатами, их по отдельности распределили по ротам. Уткир был направлен в мотострелковый батальон, а Тура – в десантно-штурмовой.
Не успел Уткир толком познакомиться с ребятами из роты, спустя неделю, его включили в список участников запланированной боевой операции. Несмотря на то, что в Джелалабаде суровая зима практически отсутствовала, на вершинах гор, ушедших в небо, даже летом местами можно было увидеть снег. В последние дни ноября на высоких вершинах гор уже лежал снег.
К вечеру подошли к подножию горы. Как только начала наступать темнота, устремились наверх. Форсируя, без передышки, к рассвету подошли к ущелью, откуда доносился своеобразный звук стрельбы из ДШК5. Чтобы определить откуда стреляют, офицер отправился в дорогу, взяв с собой снайпера, вместе с которым ползком просочились вглубь темноты.
По истечение двух часов они вернулись, и вся их одежда была мокрой. Офицер отдал приказ:
–ПТУРС6, принесите два ПТУРСа! Быстро!
После того как подошли два солдата, носившие на себе ПТУРСы, офицер самолично начал снаряжать их и подготавливать к стрельбе, так как он точно установил то место, откуда стреляли из ДШК.
–Приготовиться к бою!
Приказ относился ко всем, кто был в роте. В то время, когда ПТУРС был готов к залпу, офицер, ставшей мишенью вражеского снайпера, грохнулся во весь рост – пуля попала ему прямо в лоб!
–Медик! Ко мне!,– позвал санитара командир роты, оценив ситуацию, с надеждой на то, что может быть толк в помощи.
Прибыл сурхандарьинский Тулкин, по кличке “Таблетка”, однако офицеру уже никто не мог помочь, он давно успел вернуть свою душу истинному ее владельцу.
Все были готовы к бою, вместе с тем никто не знал в какую сторону стрелять. В данной ситуации командир роты, повидавший многое, не растерялся. Капитан Долгов подозвал к себе снайпера, который в надежде осушить верхнюю одежду, напрасно дергал руками, побивая ее:
–Где ДШК? В какую сторону будем стрелять?
–Я точно не разглядел. Откуда стреляли видел только он,– сказал это и посмотрел в сторону трупа.
–Твою мать… Где твоя сообразительность, дополз Бог знает куда…
“Да ну, говорить с тобой бесполезно”,– будто хотел он сказать, размахивая руками и велел стрелять наугад в сторону горы. Уткир и его сподвижники около получаса дали “остывать” своему оружию. Однако, к тому времени с той стороны не было слышно ни звука ДШК, ни какого-либо оружия. Вражеский снайпер свою задачу выполнил сверх успешно, теперь он не желал, чтобы его обнаружили.