Гарри встал, внимательно осмотрел пол – возможно, где–то лежит и конец письма? Он подбирал листок за листком, осматривал их. Не особенно церемонясь, совсем как тот, кто проводил здесь обыск, вытаскивал ящик за ящиком, перетряхивал книги, встав на стул, провел рукой по верху платяного шкафа, заглянул под кровать и под кресло. Наконец, улегшись на пол, он обнаружил под комодом что–то вроде рваного клочка бумаги, а когда вытащил его, клочок оказался половинкой той самой фотографии, о которой писала Лили. Черноволосый мальчик, громко хохоча, влетал в эту фотографию и вылетал из нее верхом на крошечной метле, а за ним гонялась пара ног, принадлежавших, по–видимому, Джеймсу. Гарри уложил фотографию в карман, где уже находилось письмо Лили, и продолжил поиски второго листка. Однако еще через четверть часа он поневоле пришел к заключению, что окончание письма матери пропало. Просто ли потерялось оно за шестнадцать лет, прошедших со дня его написания, или листок забрал тот, кто обыскивал спальню? Поттер снова перечитал начало письма, пытаясь отыскать ключ к тому, что сделало его окончание ценным. Игрушечная метла вряд ли заинтересовала бы Пожирателей Смерти. Единственную потенциальную ценность могла представлять информация о Дамблдоре.
«…кажется невероятным, чтобы Дамблдор…» – что?
— Гарри, — с каким–то отчаянием позвала его девушка. — Смотри!
Она указывала на большую фотографию, висевшую рядом с плакатом сборной по квиддичу: «Паддлмир Юнайтед». Сириус Блэк одной рукой крепко обнимал черноволосого парня, а в другой держал камушки для игры в плюй–камни. Оба светились от счастья.
— Снейп, — сквозь зубы прорычал Поттер. — Ты когда–нибудь прекратишь тыкать меня в это носом?
— Я не хотела, — блондинка виновато опустила голову, — просто… на этой фотографии отец такой счастливый. И Снейп тоже. А увидеть его улыбку, пожалуй, дорогого стоит.
— Увидела? — прыснул он, и Блэк энергично закивала в ответ. — Теперь объясни, зачем мы здесь.
Рон, в это время оторвавшийся от окна, тоже уставился на нее.
— Я хотела осмотреть комнату Р.А.Б. — негромко сказала она, направляясь к двери. Поттер, переглянувшись с Уизли, последовал за ней. Они вышли на площадку лестницы, прошли мимо второй выходившей сюда двери. Под незамеченной ими в темноте маленькой табличкой, на ней виднелись в краске глубокие царапины. Он остановился, чтобы прочитать написанное. Табличка выглядела эффектно, надпись на ней была аккуратно выведена от руки – такую мог повесить на дверь своей спальни Перси Уизли:
«Не входить без ясно выраженного разрешения Регулуса Арктуруса Блэка»
От волнения кожу Гарри словно закололо иголками, хоть он и не сразу понял, чем это волнение вызвано. Он толкнул дверь – она оказалась запертой. Делия ткнула в дверную ручку палочкой и произнесла:
— Алохомора!
Раздался щелчок, и дверь отворилась. Все трое переступили порог и заозирались по сторонам. Спальня у Регулуса была меньше, чем у Сириуса, но также наводила на мысль о былом великолепии. Однако если Сириус старался показать свое отличие от всех прочих членов семьи, то Регулус норовил подчеркнуть противоположное. Изумрудно–серебристые цвета Слизерина встречались здесь на каждом шагу – на покрывале постели, на стенах и окнах. Над кроватью был старательно изображен родовой герб Блэков и их девиз: «Чистота крови навек». Под ним висели пожелтевшие вырезки из газет, склеенные таким образом, чтобы получился коллаж, теперь уже сильно обветшавший. Девушка пересекла комнату, чтобы разглядеть его.
— Все вырезки посвящены Волан–де–Морту, — сообщила она. — Похоже, Регулус был его поклонником задолго до того, как вступил в отряд Пожирателей.
Блэк присела, подняв облачко пыли, на кровать, чтобы прочесть вырезки. А Гарри попалась на глаза обрамленная фотография, с которой улыбались и махали руками члены хогвартской команды по квиддичу. Он подошел к ней поближе и увидел на груди каждого игрока изображение змеи: Слизеринцы. В мальчике, сидевшем в середине первого ряда, мгновенно узнавался Регулус – темными волосами и немного надменным выражением лица он очень походил на брата, хоть был пониже и похудощавее Сириуса, да и красотой не отличался.
— Он был ловцом, — отрешенно процедил Поттер.
— Что? — рассеянно откликнулась полностью ушедшая в чтение Слизеринка.
— Он сидит в середине первого ряда, а это место ловца. Ну, ладно, не важно, — сказал Гарри, сообразив, что никто его не слушает: Рон стоял на четвереньках, заглядывая под платяной шкаф. Поттер оглядел комнату в поисках возможных тайников, подошел к письменному столу. Однако и стол кто–то уже обыскал. Содержимое ящиков переворошили совсем недавно, стерев кое–где пыль. Ничего ценного в них не было: пожелтевшие гусиные перья, устаревшие, со следами неласкового обращения учебники и совсем недавно разбитый пузырек чернил, еще липкие остатки которых покрывали содержимое одного из ящиков.
— Есть способ попроще, — заметила блондинка, увидев, как он вытирает о джинсы измазанные чернилами пальцы. Она вскинула палочку и произнесла:
— Акцио, медальон!
