Гарри же лежал в своей постели, и в голову его прокрадывались такие ненужные мысли. Он думал, что, когда им удастся хоть немного приблизиться к захвату крестража, его охватит великий подъем, однако этого почему–то не произошло. Глядя в потолок, лишь крошечная часть которого освещалась свечами, он ощущал только тревогу при мысли о том, что с ними будет дальше. Все выглядело так, будто он неделями, месяцами, а может быть, и годами во весь опор несся вот к этой минуте, а теперь вдруг резко остановился, слетев с дороги. Где–то таились и другие крестражи, но где – об этом Гарри не имел ни малейшего представления. Он не знал даже, что они собой представляют. И пока терялся в догадках, как уничтожить тот единственный, какой ему достался от Дамблдора – крестраж, покоившийся сейчас у него в кармане. Он всегда носил его с собой. Кольцо. Когда Гарри впервые прикоснулся к нему, то почувствовал странное жжение, и сразу же все понял: Дамблдор отлучался из школы именно для этого, для поиска крестражей. И он нашел. Только вот ему не успел передать. Странно, но крестраж не перенимал у тела Гарри тепла, а оставался таким холодным, точно его сию минуту вытащили из ледяной воды. Время от времени Поттер думал – или ему только мерещилось, – что он различает еле ощутимую пульсацию, идущую вразнобой с ударами его собственного сердца. Безликие дурные предчувствия закрадывались в его душу, пока он лежал в полумраке палатки. Он пытался не поддаваться им, отгонять их прочь, но они неумолимо возвращались.
За его спиной на улице негромко беседовали Рон и Делия. Они могли и бросить все это, если бы захотели. Он не мог. И Гарри казалось, что, пока он лежит здесь, стараясь совладать со своим страхом и усталостью, крестраж в его кармане тикает, отсчитывая время, которое у него осталось.
«Идиотская мысль, — сказал он себе, — не надо так думать».
Шрам снова покалывало. Гарри решил, что это происходит из–за его размышлений, и попытался направить мысли по другому пути. Он задумался о бедном Кикимере, который ожидал их возвращения домой, а получил взамен «ничего». Вдруг Пожиратели Смерти вновь проникли в манор? Будет ли эльф хранить молчание или расскажет им все, что знает? Гарри хотелось верить, что за последние несколько месяцев Кикимер стал относиться к ним совсем иначе, что теперь домовик предан Делии, но ведь нельзя предугадать того, что с ним может случиться. А вдруг Пожиратели подвергнут эльфа пыткам? Тошнотворные картины зароились в голове Гарри, и он опять постарался отогнать их.
Шрам уже жгло, и сильно. Гарри думал о том, как многого они не знают. Люпин был прав насчет магии, которой никто еще не видел и даже вообразить не мог. Почему Дамблдор не рассказал ему больше? Может быть, он думал, что времени на это еще хватит, что он проживет годы, а то и столетия, как его друг Николас Фламель? Если так, он ошибся. Снейп принял свои меры. Снейп, которого так отчаянно защищала Делия, – затаившаяся змея, которая нанесла удар на вершине башни.
И Дамблдор падал… падал…
Неожиданно в палатке появились Уизли и Блэк. Рука друга покоилась на плече девушки, они направлялись к кухонному столику, тихо переговариваясь.
От бессилия Поттер тихо зарычал, сжимая пальцы в кулак. Делия, отправив Рона ставить чайник, в два направленных шага оказалась подле Гарри, присаживаясь на край кровати.
— Как ты себя чувствуешь? — прошептала она, приложив прохладную ладонь к его лбу.
— Уже лучше, — ответил, отводя взгляд. И тут воспоминания ударили в его сознании, и он тут же приподнялся на локтях, тяжело дыша.
— Гарри, тебе нужно лежать, — взволнованно сказала она, укладывая парня обратно на подушку. Тот недовольно фыркнул.
— У меня было много времени подумать над твоими словами, Делия, — прохрипел он, откашливаясь. — А что, если Наземникус действительно отдал медальон Грин–де–Вальду? Быть может, к нему в руки попал эликсир жизни? Или он создал философский камень? Грин–де–Вальд был очень умелым алхимиком, имел связи с самим Николасом Фламелем. Что, если он нашел способ сбежать из Нурменгарда, как сейчас это делают Пожиратели Смерти, сбегая из Азкабана? Если это так, мы должны понять, откуда у него кольцо Салазара Слизерина.
Ее бледные губы дрожат. Она просто смотрит. А в глазах непонимание. И, кажется, проскользнула толика страха.
— Я знаю, это все кажется сумасшествием, но…
— Милостивый Мерлин, какая же я дура! — она указала рукой на себя. Раздраженно закатила глаза и покачала головой. — Почему же я сразу не догадалась… — она возвела руки кверху, застонав. — Ты молодец, Гарри. Все верно. Геллерт является дальним родственником Фламеля, соответственно, после смерти Николаса, вся документация досталась единственному живому наследнику. Скорее всего, там был рецепт создания философского камня. И, будучи алхимиком, Грин–де–Вальд создал себе эликсир жизни. Пробыв в заточении много лет, он остался таким же молодым, как после дуэли с Дамблдором. Нам лишь осталось выяснить о том, как у него оказалось кольцо.
