Рон снова нацелил волшебную палочку на кусты и деревья, высматривая между ними очертания человеческой фигуры или блеск глаз, но никого не увидел. Остатки страха только подстегивали его ликование, когда он снова наклонился над заледенелым озерцом, на дне которого покоился меч. Уизли указал волшебной палочкой на серебристый контур и проговорил вполголоса:
— Акцио, меч!
Меч не шелохнулся, да Рон этого и не ожидал. Будь все так легко, меч просто оставили бы лежать на земле, а не в глубине замерзшего озерца. Что же такое сказал тогда Дамблдор Гарри?
«Вынуть меч из Шляпы может только истинный Гриффиндорец».
А какие качества отличают истинного Гриффиндорца?
Тоненький голосок в голове у Рона ответил словами из песни Распределяющей шляпы:
«Быть может, вас ждет Гриффиндор, славный тем, что учатся там храбрецы. Сердца их отваги и силы полны, к тому же благородны они».
Рональд остановился и тяжело вздохнул, пар от его дыхания быстро рассеялся в морозном воздухе. Теперь он знал, что нужно делать. Если честно, он опасался этого с той минуты, как увидел меч подо льдом. Он снова оглянулся по сторонам, хоть и был уже уверен, что никто на него нападать не собирается. Если бы среди деревьев таились враги, у них было больше, чем достаточно, возможностей прикончить рыжего, пока он бродил в одиночестве по берегу. Нет, он просто оттягивал неприятный момент, поскольку предстоящее дело отнюдь его не радовало.
Гриффиндорец начал стаскивать с себя одежду, путаясь в многочисленных свитерах. Не совсем понятно, при чем тут благородство, мелькнула едкая мысль, разве только считать благородным поступком, что он не заставил Блэк лезть в озеро вместо него. Вдалеке заухала сова, и у Рона сжалось сердце — он вспомнил Буклю Гарри. Его колотило от холода, зубы стучали, но он упорно продолжал раздеваться, пока не остался в одних трусах стоять босиком на снегу.
Рон взмахнул палочкой, направив ее на лед.
— Диффиндо!
Ледяная корка лопнула с треском, похожим на выстрел, куски льда закачались на темной воде. Насколько он мог судить, здесь было неглубоко, но, чтобы достать меч, нужно было окунуться с головой. Если стоять на берегу и раздумывать, задача не станет проще и вода в озере не согреется. Рональд шагнул к кромке воды, положил на землю светящуюся палочку и, не давая себе времени подумать о том, как ему сейчас будет холодно, прыгнул. Каждая клеточка его тела громко протестовала, воздух в легких словно смерзся в твердый ком, как только он погрузился по плечи в ледяную воду. Его так трясло, что невозможно было вздохнуть, а по воде к берегам озерца побежали мелкие волны. Рон нащупал меч онемевшей ногой, чтобы не пришлось нырять два раза. Он невольно тянул с погружением, задыхаясь и дрожа, пока в конце концов не сказал себе, что деваться все равно некуда, собрал последние остатки мужества и нырнул. Холод был убийственный. Вода обжигала, как огонь. Кажется, даже мозги замерзли напрочь. Раздвигая руками темную воду, он потянулся к мечу. Пальцы сомкнулись на рукоятке. Он потащил меч наверх, и вдруг что–то туго сдавило шею. Уизли подумал было, что это водоросли, хотя ничего такого ему не попалось, пока он нырял. Он пошарил рукой и понял, что водоросли тут ни при чем, а душит его цепочка от крестража.
Рыжий забился, порываясь к поверхности, но только врезался в каменистую стенку берега под водой. Он задыхался, корчился, дергал цепочку застывшими пальцами, в голове взрывались разноцветные огни, он ничего не мог сделать, оставалось только утонуть, и руки, обхватившие его поперек туловища, были, конечно, руками Смерти…
Очнулся он, лежа ничком на снегу, давясь и отплевываясь, окоченевший, как никогда в жизни. Рядом с ним кто–то еще пыхтел и кашлял, бродя по берегу неверными шагами. Делия опять пришла на помощь. Нет, на нее что–то непохоже – слишком хриплый кашель, слишком тяжелые шаги. У Рона не было сил поднять голову и посмотреть на своего спасителя. Он мог только дотянуться трясущейся рукой до горла и нащупать место, где медальон врезался в тело. Медальон исчез – кто–то перерезал цепочку. Тут над головой у него раздался задыхающийся голос:
— Ты совсем спятил?
Только потрясение от звука этого голоса придало Рону сил вскочить на ноги. Он дрожал всем телом и пошатывался, а перед ним стоял Гарри, полностью одетый, но промокший до нитки, с прилипшими к лицу волосами, держа в одной руке меч Гриффиндора, а в другой
– крестраж, болтающийся на оборванной цепочке.
— Какого черта ты не снял эту пакость раньше, чем соваться в воду? — пропыхтел Поттер, размахивая крестражем, который покачивался взад–вперед, как на сеансе гипноза.
Рон не ответил – слова не шли. Серебряный волк – ничто, полнейшее ничто по сравнению с тем, что Гарри вернулся. Уизли никак не мог в это поверить. Трясясь от холода, он подобрал барахло, валявшееся на берегу озера, и стал одеваться. Натягивая на себя один свитер за другим, Рональд каждый раз ожидал, что Поттер исчезнет, пока он не может его видеть, но тот всякий раз оказывался на месте. Он тоже нырнул в озерцо, он спас Рона.
