— Да, — ответил он, — полная дурь, верно?
Он и Гарри вошли в смежные кабинки. Справа и слева от них слышались звуки сливаемой воды. Гарри присел на корточки, заглянул под не доходившую до пола перегородку – как раз вовремя, чтобы увидеть, как две ноги в сапогах залезают в унитаз. А повернувшись налево, увидел ошалело моргающего Рона.
— Нам придется смывать себя в унитаз? — прошептал Уизли.
— Похоже на то, — пробормотал в ответ Гарри, обнаружив при этом, что голос у него теперь низкий и сиплый. Они встали. Ощущая себя полным идиотом, Поттер втиснул обе ноги в унитаз. И сразу понял, что все делает правильно, – туфли, ноги и мантия остались совершенно сухими, хоть он и стоял в воде. Он протянул руку к цепочке, дернул, и в следующий миг, пролетев по короткому лотку, выкатился из камина Министерства Магии. Он неуклюже поднялся на ноги – тело его было непривычно большим. Огромный атриум казался более темным, чем тот, какой запомнился ему. Раньше в центре его бил золотой фонтан, отбрасывавший переливистые пятна света на полированный деревянный пол и на стены. Ныне над всем царила колоссальная статуя из черного камня. Выглядела она устрашающе – огромное изваяние колдуна и колдуньи, которые, сидя на украшенных резьбой тронах, взирали сверху вниз на выкатывавшихся из каминов чиновников Министерства. На цоколе статуи были выбиты слова, состоявшие из букв высотой в фут каждая: «МАГИЯ – СИЛА».
Что–то больно ударило Гарри сзади по ногам – из камина за его спиной вылетел еще один чародей.
— Уйдите с дороги, вы что… извините, Ранкорн!
Явно испугавшийся лысеющий волшебник поспешил смыться. По–видимому, Ранкорна, которого изображал Гарри, здесь побаивались.
— Пс! — услышал он и, обернувшись, увидел растрепанную маленькую ведьму и похожего на хорька служащего Отдела Магического Хозяйства, стоявших у статуи, подзывая его к себе. Гарри торопливо приблизился к ним.
— Нормально добрался? — шепотом спросила Делия.
— Нет, в сортире застрял, — ответил за Поттера Рон.
— Очень смешно! Жуть, правда? — пролепетала она вглядывавшемуся в статую Гарри. — Ты заметил, на чем они сидят?
Приглядевшись внимательнее, Гарри понял – то, что он принял за украшенные резьбой троны, было на самом деле курганами, сложенными из человеческих тел: сотни и сотни голых мужчин, женщин и детей, все с туповатыми, уродливыми лицами, были переплетены и спрессованы так, чтобы выдерживать вес облаченных в красивые мантии колдунов.
— Маглы, — прошептала она. — На положенном им месте. Ладно, пошли.
Они присоединились к потоку волшебников и волшебниц, направлявшихся к золотым воротам в дальнем конце вестибюля. Все трое исподтишка оглядывались, но приметной фигуры Долорес Амбридж, которая проводила допросы, нигде не было видно. Пройдя через ворота, они оказались в зале поменьше, с очередями, тянувшимися к двадцати золотым решеткам, за которыми сновали лифты. Едва они успели встать в ближайшую, как послышался голос:
— Кроткотт!
Они обернулись, и у Гарри тут же свело судорогой желудок. К ним направлялся один из присутствовавших при гибели Дамблдора Пожирателей Смерти. Министерские чиновники молча расступались перед ним, опуская глаза. Поттер чувствовал, как по ним прокатываются волны страха. Злое, немного звероподобное лицо этого человека странно не вязалось с его пышной, развевающейся мантией, обильно украшенной золотым шитьем. Кто–то в ожидающей лифтов толпе раболепно пискнул: «С добрым утром, Яксли!»
Яксли никакого внимания на приветствие не обратил.
— Я направил в Отдел Магического Хозяйства запрос, Кроткотт. Нужно что–то делать с моим кабинетом, там по–прежнему идет дождь.
Рон огляделся вокруг, словно надеясь на чье–то вмешательство, однако все молчали.
— Дождь в вашем кабинете? Это нехорошо, правда?
И Рональд издал нервный смешок. Глаза Яксли расширились.
— Вам это кажется смешным, Кроткотт?
Двое волшебников выбрались из выстроившейся у входа в лифт очереди и торопливо удалились.
— Нет, — ответил Рон, — конечно, нет.
— Вы осознаете, что я направляюсь сейчас туда, где будут допрашивать вашу жену, Кроткотт? Собственно говоря, я сильно удивлен тем, что вы не сидите рядом с ней в очереди ожидающих допроса и не держите ее за руку. Уже списали ее со счетов, как безнадежную, а? Что же, может, оно и разумно. В следующий раз постарайтесь жениться на чистокровной волшебнице.
Делия тихо пискнула от ужаса. Яксли взглянул на нее. Она неубедительно закашлялась и отвернулась.
— Я… — пролепетал Рон.
— И все же, если бы мою жену обвинили в грязнокровии, – хотя, разумеется, женщину, на которой я мог бы жениться, даже и заподозрить в такой мерзости было бы невозможно, – а главе Отдела Обеспечения Магического Правопорядка требовалось бы срочное исполнение какой–то работы, я бы из кожи вон лез, Кроткотт, чтобы ее сделать. Вы меня поняли?
— Да, — прошептал Рон.
— Тогда займитесь ею, Кроткотт! И если через час мой кабинет не станет совершенно сухим, статус крови вашей жены, возможно, вызовет сомнения даже более серьезные, чем сейчас.
