— Ну, ладно, — сказал Толстоватый. — Это всего лишь вопрос времени. Если хотите знать мое мнение, осквернители крови ничем не лучше грязнокровок. Всего хорошего, Ранкорн.
— Всего хорошего, министр.
Гарри смотрел вслед Толстоватому, уходившему по плотному ковру коридора. Как только министр скрылся из виду, Поттер вытащил из–под своего тяжелого черного одеяния мантию–невидимку, набросил ее на себя и пошел по коридору в противоположную сторону. Ранкорн был так высок, что Гарри приходилось сутулиться, чтобы укрыть его большие ступни. От паники у него сосало под ложечкой. Он шел мимо поблескивавших деревянных дверей, на каждой из которых висела табличка с указанием имени и должности хозяина кабинета. Мощь Министерства, сложность его организации, его непроницаемость, казалось, наваливались на Гарри, и план, который он, Делия и Рон с таким усердием разрабатывали в последние два дня, начинал представляться ему до смешного ребяческим. Все их усилия были направлены на незаметное проникновение в Министерство, они и на миг не задумались о том, что будут делать, если им придется разделиться. А теперь Делия застряла в зале суда и наверняка проторчит там не один час, Рон пытался сотворить волшебство, которое ему не по силам, а между тем от результата его стараний зависит, по всей вероятности, свобода женщины. Что же до Гарри, то он слоняется по верхнему этажу. Он остановился, прислонился к стене и попытался придумать, что делать дальше. Безмолвие давило его – здесь не было ни суеты, ни разговоров, ни торопливых шагов; в устланных лиловыми коврами коридорах стояла такая тишина, точно на все это место наложили заклинание Оглохни.
***
Лифт пришел пустым. Гарри заскочил в него и, когда тот поехал вниз, стянул с себя мантию–невидимку. К его великому облегчению, на втором уровне в лифт влетел мокрый до нитки и совершенно ошалевший Рон.
— Доброе утро, — пробормотал он, когда лифт, погромыхивая, отправился дальше.
— Рон, это я, Гарри!
— Гарри! Черт, я забыл, как ты выглядишь. А Делия–то где?
— Ей пришлось спуститься с Амбридж в зал суда, отвертеться она не смогла, ну, и…
Прежде, чем он успел закончить, лифт остановился снова, двери его отворились, и в него вошел мистер Уизли, а с ним пожилая волшебница с копной светлых волос, зачесанных вверх так, что они приобрели сходство с муравейником.
— Я понимаю, о чем вы говорите, Ваканда; и все же, боюсь, что не смогу участвовать в…
Тут он заметил Гарри и примолк. Поттеру очень странно было видеть неприязнь, с какой смотрел на него мистер Уизли. Двери лифта закрылись, все четверо снова поехали вниз.
— А, Редж, здравствуйте, — сказал мистер Уизли, оглянувшись на звук стекавшей с Рона воды. — Это ведь вашу жену допрашивают сегодня? Э–э… что с вами? Почему вы такой мокрый?
— Это у Яксли в кабинете дождь идет, — ответил Рон. Он смотрел в плечо мистера Уизли, и Гарри понимал: Рон боится, что отец узнает его, если они взглянут друг другу в глаза. — Я пытался остановить его, но не смог, ну, и меня послали за Берни Пиллсуортом, что ли, по–моему, они его так назвали.
— Да, в последнее время во многих кабинетах дождит, — пожал плечами мистер Уизли. — А заклинание Метео Реканто вы не пробовали? Блетчли оно помогло.
— Метео Реканто? — пробормотал Рональд. — Нет, не пробовал. Спасибо, па… простите, спасибо, Артур.
Двери лифта отворились, старая колдунья с муравейником на голове вышла, Рон метнулся следом за ней и исчез. Гарри тоже попытался выйти, но путь ему преградил уткнувшийся носом в какие–то документы Перси Уизли. Лишь когда двери закрылись снова, Перси обнаружил, что едет в лифте вместе с отцом. Увидев мистера Уизли, он побагровел и, едва лифт остановился, выскочил из него. Поттер попытался последовать за ним, но на этот раз его остановила рука мистера Уизли.
— Минутку, Ранкорн.
Двери снова закрылись, лифт, лязгая, поехал вниз, а мистер Уизли сказал:
— Я слышал, вы донесли на Дирка Крессвелла.
Гарри показалось, что гнев мистера Уизли вызван столько же этим обстоятельством, сколько и встречей с Перси. И он решил, что самое для него лучшее – изображать тупицу.
— Не понял, — сглупил он.
— Не притворяйтесь, Ранкорн, — резко произнес мистер Уизли. — Вы разоблачили мага, подделавшего свою родословную, не так ли?
— Я… что я сделал? — спросил Гарри.
— Ну, так вот, Дирк Крессвелл – волшебник, каким вы не станете, даже если вас на десять помножить, — негромко заметил Артур Уизли, когда лифт снова поехал вниз. — И если он выживет в Азкабане, вам придется отвечать перед ним, не говоря уже о его жене, сыновьях и родственниках.
— Артур, — перебил его Гарри, — вам известно, что за вами следят?
— Это что – угроза, Ранкорн? — громко осведомился мистер Уизли.
— Нет, — отрицательно помотал головой Гарри, — это факт. Они наблюдают за каждым вашим шагом.
