– Там, – показываю на дверь. – Но туда сейчас нельзя.
– Мне можно.
Он, не останавливаясь, устремился к нужной двери, но был задержан Пуером.
– Гарис, спокойно! С девочкой все в порядке, – Маркус взял генерала за плечо. – Сейчас с ней целитель.
– Что произошло? – Биллар остановился, но было видно, что он в бешенстве. – И почему она в госпитале академии?
– Я просто не знал, куда еще ее можно отвезти, – ответил я на последний его вопрос. – Там возникли проблемы со стражей, а где находится другая больница, мне неизвестно.
– Какие еще проблемы со стражей? – прорычал генерал. – Почему мне не доложили?
– А ну, успокойся! – гаркнул на него Пуер.
Затем взял под локоть и, отведя чуть в сторону, начал что-то тихо втолковывать. А я сел обратно в кресло, из которого вскочил при появлении генерала, и стал ждать дальнейшего развития событий. Спустя пять минут появились Саласан и Ирек, о которых я успел уже благополучно забыть.
– Макс, что случилось? Твой гоблин ничего не может нормально объяснить, – спросил Энакр, протискиваясь мимо набившихся в коридор солдат, которые смотрели на вновь прибывших с большим подозрением. Но останавливать не стали. – Кричит что-то про то, что господин приказал меня найти. Мечом угрожает!
– Ирек, тут такое дело. – Мне в голову пришла мысль, что гоблин тоже частично замешан в происшедшем. – Ты не мог бы спрятать Саласана на некоторое время?
– Конечно! – согласился маг. – Но что все-таки случилось?
– Меня, скорее всего, посадят. – Не хотелось вдаваться в подробности и пересказывать все еще раз. – Поэтому хватай гоблина и иди. Маркус тебе потом все расскажет.
– Хорошо, – кивнул он. – Саласан, пошли.
– Учитель, а как же вы? – стал причитать зеленоухий. – Можно, я с вами в тюрьму? Буду защищать там!
– Саласан, – я потрепал гоблина за плечо, – ты и так мне сегодня уже очень помог. А сейчас тебе надо на время спрятаться. Так будет лучше, поверь!
– Хорошо, учитель. – Он повесил нос и поплелся за Иреком.
Хоть одной проблемой меньше. Не успели они уйти, как со стороны холла опять послышался топот множества ног и в коридор ввалилась целая толпа солдат в форме городской стражи с арбалетами в руках. Впереди шел очень важный усатый мужик, а рядом с ним, как собачонка, бежал знакомый мне командир стражников со свернутым набок носом.
– Вот он! – Этот урод ткнул пальцем в мою сторону.
– Максим Ивлев? – Если бы Маркус до этого не рассказал мне про подставу, я бы, наверное, удивился тому, что он знает мою фамилию. А так – все вполне укладывалось в общую картину. – Вы арестованы по обвинению в убийстве и нападении на представителей городской стражи при исполнении. Сдайте имеющееся оружие и пройдите с нами.
– А ордер у вас есть, полковник? – прогудел Биллар.
Ничего себе! Целого полковника отправили меня арестовывать. Усатый же, не глядя на барона, сунул руку за пазуху и вытащил какую-то бумагу. Затем развернул ее и протянул ему. Генерал внимательно прочитал и, вернув обратно, кивнул.
– Сдайте оружие! – повторил полковник.
– Ну нет у меня оружия! Нема! – Я развел руками. Ко мне сразу же подскочили два стража и, обыскав, защелкнули на руках за спиной какую-то массивную хрень вроде наручников.
– Пройдемте, – махнул рукой усатый в сторону выхода. Вояки генерала расступились, освобождая проход.
Сижу на неудобном стуле в маленькой комнате без окон. Из мебели только стол и три стула. Под потолком магический светильник, заливающий комнату неприятным красноватым светом, который здорово действует на нервы. Это у них, должно быть, психологический прием такой. По другую сторону стола сидят два дознавателя и читают какие-то бумаги, демонстративно меня не замечая. Имен своих они называть не стали, поэтому я окрестил их Старик и Шкаф. Старик был в возрасте, невысокого роста, субтильного телосложения и вид имел крайне болезненный. Шкаф же, напротив, олицетворял собой само здоровье. Два метра ростом, кровь с молоком, в плечах косая сажень, а кулаками можно динозавров глушить. Доставили меня сюда в специальной карете для перевозки заключенных, где меня несколько раз хорошо приложило всеми частями тела о стены и головой – о потолок. Поэтому настроение, и раньше не очень хорошее, сейчас было и вовсе хреновым. И для себя я решил, что надо испортить его и окружающим, а именно – этим двум следакам.
– Ну что же, молодой человек, – сочувственным тоном заговорил Старик, оторвав взгляд от бумаг, – натворили вы дел. Что же теперь с вами делать?
Так как вопрос показался мне риторическим, ответом ему была тишина.
– Молчишь? – проревел Шкаф. – Вот сейчас в пыточную спустимся – сразу говорить научишься. Хотя можно и без пыточной.
С последними словами он выразительно посмотрел на свой кулак. Все ясно, разыгрывают стандартный сценарий: хороший коп – плохой коп. Как банально. Я не выдержал и улыбнулся. В ответ на это Старик перегнулся через стол и съездил мне кулаком в ухо. Весьма профессионально съездил. И неожиданно. Я даже не попытался смягчить удар, немного повернув голову. Лежа на полу, подумал, что где-то в мои выводы закралась ошибка.
