Поэтому министерство подготовило проект постановления Совета министров СССР и просит товарища Сталина его рассмотреть.
Проект этот весьма любопытен. В частности, предлагалось освободить специалистов из лагерей военнопленных, выдать им временные удостоверения на право проживания в той местности, где они будут работать, платить им наравне с советскими специалистами, причем «половину этой суммы выдавать в валюте государств, подданными которых являются военнопленные и интернированные».
Письмо сначала легло на стол Берии. Тот направил его сразу же руководителям Атомного проекта: «…представьте свои предложения о возможности использования немецких специалистов для выполнения заданий по Первому Главному управлению».
Вскоре М. Г. Первухин и А. П. Завенягин ответили Берии:
«…отобрано 208 специалистов. Кроме ранее направленных в институты „А“ и „Г“ и лабораторию „В“ 89 военнопленных специалистов, считаем возможным дополнительно направить на объекты 9-го Управления МВД СССР 190 человек, в том числе: в институты „А“ и „Г“ – 93 чел.; в лабораторию „В“ – 41 чел.; в институт „Б“ – 37 чел; в группу проф. Доппеля – 19 чел. Остальные 18 отобранных специалистов будут направлены другим министерствам».
Постановление о военнопленных так и не было подписано Сталиным, однако все специалисты, которые были нужны Атомному проекту, были выпущены из лагерей и работали там, куда их направили. К своему удивлению, они попали «к своим».
10 апреля 1946 года А. П. Завенягин информирует Л. П. Берию об использовании немецких специалистов. Он пишет:
«В Советский Союз до настоящего времени приглашены три группы немецких специалистов:
группа Риля (металлурги, химики, инженеры, мастера) в составе 12 человек;
группа Арденне (физики, химики, инженеры, мастера) в количестве 56 человек, в том числе 21 научный работник;
группа Герца (физики, химики, инженеры) в количестве 20 человек, в том числе 12 научных работников…»
И далее Завенягин подробно описывает, что именно делают немецкие специалисты.
Доктор Риль отрабатывает технологию получения чистого урана…
Группа Арденне занимается разделением изотопов магнитным способом…
Профессор Герц – разделением изотопов методом газовой диффузии…
Институт «А» находился в Сухуми, в помещении санатория «Синоп». Его директором был профессор М. Арденне.
Институт «Г» также был в районе Сухуми (санаторий «Агудзеры»). Возглавлял его лауреат Нобелевской премии Г. Герц.
Лаборатория «В» находилась в Обнинске. Сначала в колонии для испанских детей, а затем здесь были построены новые корпуса. Здесь работали физики под руководством профессора Р. Позе. Сейчас в Обнинске находится знаменитый Физико-энергетический институт, в котором была пущена первая атомная станция СССР.
Институт «Б» находился в санатории «Сунгуль» неподалеку от Касли. Радиобиологический отдел в нем возглавлял Н. В. Тимофеев-Ресовский. Здесь также работала группа немецких ученых. Позже тут возник Федеральный ядерный центр «Челябинск-70».
Сейчас практически невозможно установить точное число немецких специалистов, которые в той или иной форме были привлечены к Атомному проекту. Их сотни и сотни. Правда, некоторые и не подозревали, что принимают участие в создании ядерного оружия, так как они выполняли очень конкретные задания и за их пределы выходить не могли… Причем немецкие специалисты работали не только на территории СССР, но и в Германии.
Однако после испытания первой атомной бомбы в августе 1949 года ситуация постепенно начала меняться: немецкие ученые и специалисты потихоньку начали «вытесняться» из институтов и лабораторий. А после 1952 года остались лишь единицы – остальные возвратились домой. Только тогда для них закончилась война…
После взрыва первой атомной бомбы многие специалисты из Германии получили высшие правительственные награды. Н. Риль стал Героем Социалистического Труда.
Недавно немецкие участники Атомного проекта поделились с телезрителями Германии своими воспоминаниями о тех годах, что они провели в СССР. Любопытно, что никто из них не сожалеет о прошлом, напротив, они говорили о том времени с гордостью за то, что сделали.
Поистине был прав великий Гете, когда воскликнул: «Наука – вот истинное преимущество человека…»
