– Могу сказать просто: сейчас по уровню надежности и технического совершенства наши заряды не уступают американским. Это будет продолжаться достаточно долго, по крайней мере, до тех пор, пока не возобновятся ядерные испытания. По системе автоматики боеприпасов мы можем начать отставать, потому что она базируется на микроэлектронике, а она, по вполне понятным причинам, у нас не развивается. Второй момент, который меня беспокоит, – это проблема испытаний оружия. Договор о прекращении испытаний Россия ратифицировала, а США – нет. Они имеют право возобновить испытания. Произойдет это или нет, не знаю. Это будет зависеть от специалистов, которые создают там оружие, и от политиков, которые там принимают решения.
–
– Только сознание ответственности…
–
– В наших арсеналах ядерное оружие хранится достаточно надежно и обслуживается квалифицированно. Это с точки зрения утраты его и аварийных ситуаций. Время от времени я бываю там и могу это засвидетельствовать как специалист. Но допустим, какие-то террористы заполучили ядерную бомбу; смогут ли они ее привести в действие? Дать полную гарантию того, что они этого сделать не способны, не могу. Однако у них должны быть высококвалифицированные специалисты, которые поломают голову, прежде чем все это сделают. Им потребуется значительное время для этого. Думаю, его будет вполне достаточно, чтобы найти этих террористов и обезвредить их.
–
– Я не до конца информирован по этой проблеме, но ничего необычного в этом нет. В Лос-Аламосе в музее оружия представлен «ядерный рюкзак». Это устройство можно было носить за плечами. В нашем музее представлен артиллерийский снаряд.
–
– Его можно сделать значительно легче, если им не нужно стрелять из пушки. Там при выстреле огромные перегрузки, а потому и вес большой… Можно сделать устройство сравнительно легкое, но целесообразно ли это? Насколько это эффективно и для чего это нужно? Кстати, любую задачу проще решить с помощью систем высокоточного оружия…
–
– На мой взгляд, мир становится цивилизованней. Кстати, отчасти благодаря тому, что появилось ядерное оружие. И теперь все будет несколько иначе…
–
– Нет. Будет создано так называемое «гуманное оружие».
–
– Оно выводит вас из строя, парализует, и вы уже не можете принимать участие в боевых действиях. И потребуются огромные усилия, чтобы вернуть вас к нормальной жизни.
В тот день ждали Завенягина – для работников конструкторского бюро начальство большое. Во-первых, один из руководителей ПГУ, во-вторых, генерал и «правая рука Берии».
Думали, что Авраамий Павлович приедет с очередным «разносом»: мол, работа по сверхбомбе идет медленно, теоретики «почили на лаврах» после испытаний первых атомных бомб, и вообще – «пора закручивать гайки».
Пожалуй, лишь Харитон не нервничал. Юлий Борисович хорошо относился к Завенягину, считал его деловым и знающим человеком, который «не мешает, а помогает». Впрочем, именно таких людей среди генералов было немало, хотя случались и другие. К счастью, те долго в КБ не задерживались…
Как обычно, Харитон появился у своего кабинета вместе с двумя телохранителями – «секретарями». Один из них внимательно изучил печать, потом показал ее Харитону, чтобы тот убедился в ее целостности. Только после этого «секретарь» открывал дверь приемной. Аналогичная процедура повторялась и при входе в кабинет. И так изо дня в день, из года в год. В кабинет главного конструктора без его ведома никто не имел права входить. А когда Харитон отправлялся из Арзамаса-16 в командировку, целостность печати проверялась одним из «секретарей» утром и вечером.
