– Сделай милость! На, возьми.
Девушка вышла за порог и протянула ему духи.
Неудавшийся жених выхватил из ее рук коробочку и стал быстро спускаться. Надя заперла за ним дверь.
– А не пожалеешь? – тихо спросил Женя.
– Нет! – Надя покачала головой. – Так даже лучше. Сразу! Одним махом.
Несколько минут они сидели молча.
Наде совсем не хотелось ни говорить, ни думать о произошедшем, а тем более о том, каковы будут последствия.
– А что, картошка сварилась? – прервал неловкое молчание Женя.
Она кивнула.
– Тогда пошли ужинать!
Наташа принимала малышей от родителей во дворе детского сада.
Еще летом 1943 года ясли-сад вернулся в свое прежнее здание. Ребята были рады, что теперь не нужно безвылазно сидеть в подвале. Два раза в день их выводили гулять на игровые площадки. Воспитателям тоже стало легче. Дети, набегавшись, спали во время тихого часа и гораздо меньше шалили.
Перед работой Надя забежала к Наташе в детский сад – не могла не поделиться вчерашними событиями.
– Мы с ним встречались целых четыре месяца! – Надя старалась говорить тихо, чтобы никто, кроме подруги, ее не услышал. – И только вчера я поняла,
– А что тебя так удивляет? Он повел себя как типичный мужик-собственник.
– И с чего он, интересно, взял, что Женя – мой любовник?
– Ничего другого ему в голову прийти не могло. Каждый, как говорится, понимает в меру своей испорченности. Возвращается муж из командировки, а жена… – Наташа засмеялась. – Дальше – как в том анекдоте.
– Какое счастье, что я тогда опоздала в загс и не стала женой этого человека! Спасибо твоему Васе. Сейчас бы локти кусала – с кем я связалась! – улыбнулась Надя.
Наташа покачала головой:
– Надя, послушай. Помяни мое слово: этот майор еще появится в твоей жизни. Такие, как он, обид не прощают и стараются отомстить, ударить побольнее. Уж поверь моему опыту.
– Ой, Наташ, не преувеличивай! Ну что он может мне сделать? Успокойся. Поднять руку на женщину ему не позволит воспитание. Кстати, он уже не майор, а подполковник. Ходит любуется на свои две звездочки на погонах. Астроном!
Подруги обнялись, и Надя побежала на работу.
Наташу мучили дурные предчувствия, на душе было смутно.
На следующий день погода испортилась. Шел мелкий противный дождик. Юрка стоял под навесом у подъезда и курил. Он увидел, как из дома напротив вышел Женя. Панкратов совсем извелся, не понимая, что у этого лейтенанта с Надей. Он уже чуть было не свистнул, чтоб привлечь к себе внимание и поболтать со старым знакомым, но тут во дворе появился военный патруль, состоявший из трех человек. Все они были вооружены. Начальник патруля – капитан – козырнул Жене:
– Товарищ лейтенант, предъявите ваши документы.
Тот достал из нагрудного кармана военный билет и вложенный в него документ об отпуске по ранению. Начальник внимательно их изучил:
– Первый Белорусский фронт. Так. Почему вы сейчас находитесь в Москве?
– После выписки из госпиталя получил четырехдневный отпуск. Там всё написано…
Женя закашлялся, протянул руку, чтобы забрать документы, но начальник патруля передал их напарнику.
– Следуйте за нами, – устало произнес капитан.
– А что не так с моими документами?
– Вам всё объяснят.
Два патрульных встали – по правую и левую сторону от Жени. Под этим конвоем лейтенанта Соколова увели со двора.
Юрка, ставший невольным свидетелем этой сцены, сплюнул и зашел в свой подъезд.
Надя вернулась с работы в хорошем настроении. Она перевыполнила план за прошлый месяц, и ее работу мастер отметила на общем собрании.
Напевая песенку, девушка залила кипятком брикет гречневой каши, после чего укутала кастрюлю шалью, как когда-то баба Нюра. Потом заварила чай. Настоящий индийский. Вчера в порыве негодования на Вячеслава она чуть было не выбросила подаренную им пачку в мусорное ведро, но теперь была рада, что не сделала этого.
Приготовив ужин, Надя зашла в комнату и увидела на столе листок с новым стихотворением:
Надя несколько раз перечитала стихотворение. Подошла к окну. Женя давно должен был прийти. Она начинала волноваться и всё чаще поглядывала на часы. Чтобы скоротать время, взяла первую попавшуюся книгу, но сосредоточиться на чтении не смогла. Сидела и прислушивалась к звукам, доносившимся с лестничной клетки.
Наконец раздался долгожданный стук в дверь. Надя бросилась открывать. На пороге стоял… Панкратов:
– Надь, Валя велела отдать тебе луковицу. Ты ей одолжила на прошлой неделе.
Юрка зашел в прихожую.
