Обед был отменный — готовила мама очень вкусно. А после Ира помогла матери убрать посуду, а потом они вместе пересаживали комнатные цветы, за работой разговаривая об особенностях выращивания узумбарских фиалок и о капризах клеродендрумов. А потом был чай с пирогом с малиной, за которым отец подробно доложил о том, как машина пережила зиму, и какую он удачно купил новую летнюю резину. В общем, у них получалось разговаривать. С каждым разом все лучше и лучше получалось находить нейтральные темы. Не сидеть в неловком и жалком молчании. И не касаться самого главного и самого болезненного.
С собой Ире выдали контейнер с четвертью пирога.
От стены дома отделилась фигура и хрипло произнесла:
— Где тебя черти носят?!
Ира замерла в ярком круге света фонаря, не решаясь шагнуть туда, к подъезду. Вход в подъезд был ярко освещен, а вот там, у стены, было уже темно. Ира покрепче сжала пакет, в котором лежал пирог. Впрочем, пирог — так себе защита. Когда она стала такой трусихой? Похоже, та история с подвыпившими парнями, которым она неосторожно открыла дверь, оказала на Ирину влияние более сильное, чем она изначально считала. Ведь если бы не Георгий Александрович — дело могло бы для Ирины очень плохо кончиться.
Фигура сделала еще пару шагов, вышла в свет фонаря перед подъездом. И оказалась именно Георгием Александровичем Жидких.
Хотя узнать его с первой попытки было сложно. Темные трикотажные штаны, белая футболка, всклокоченные волосы и накинутая сверху на футболку легкая куртка. Глядя на открытую шею и начало груди, Ира неосознанно потянула руку к собственному шарфу. Апрель выдался холодным, а к вечеру и вовсе температура норовила сползти за нулевую отметку.
— Где ты шляешься, я тебя спрашиваю?! — спросил Георгий громче. — Работы невпроворот, двор не убран — а ты прохлаждаешься!
— Чего?! — других слов у Иры просто не нашлось.
— Того! — передразнил ее Георгий. — Смотри, вон снег лежит!
Ну да, лежит, чего ж ему еще делать? Не растаял еще, особенно в тени. Ира потихоньку разбивала эти кучи снега на газонах, чтобы таял быстрее. Но основная работа за солнцем, а оно пока не баловало.
— Лопату давай! — снова подал Георгий. — Все самому приходится делать.
Ира, не веря своим ушам, сделала пару шагов к Георгию, подавляя безотчетное желание застегнуть ему куртку — от одного вида обнаженной шеи и ключиц она начала сама покрываться мурашками. А подойдя ближе, Ирина осознала удивительный факт. Георгий Александрович Жидких был пьян.
Нет, в самом факте пьяного человека не было ничего удивительного. Увы, но не было. Но Ира вдруг поняла, что не считала, что такое состояние — про Георгия. Он произвел на нее впечатление крайне уравновешенного и здравомыслящего человека. Слегка ехидного и со своеобразным чувством юмора — но и только. Но уж никак не любителем сбрасывать нервное напряжение вот таким вот образом.
— Ты дашь мне лопату или нет? — прервал ее мысли раздраженный мужской голос. — Ираида Пална, гони лопату. Ло-па-ту го-ни!
Господи, да он, как говорится, в дым пьяный. А с людьми в таком состоянии лучше не спорить.
— Пошли, — кивнула Ира и потянулась к сумочке. Ключ от комнаты с инвентарем были у нее с собой, на общем кольце с ключами.
Можно бесконечно смотреть на три вещи: как горит огонь, течет вода и работают другие люди. Тлел в темноте огонек сигареты. Медленно, невидимо глазу таял снег. А на газоне Георгий с совершенно счастливым лицом раскидывал остатки нерастаявшего снега.
— Что, помощника завела, да, Ираида Павловна? — окликнул ее подходящий к подъезду жилец со второго этажа — пожилой и разговорчивый.
— Да вот, передаю мастерство, — рассмеялась Ира. Если Георгия узнают — его репутация среди соседей будет изрядно подмочена. Пока он сосредоточенно работал, низко наклонив голову и что-то ворча себе под нос. Так и не подумаешь, что этот мужчина в дорогих пальто и тонких кожаных туфлях умеет так ловко обращаться с лопатой.
К счастью для Георгия жилец со второго этажа не стал задерживаться с разговорами и, кивнув Ире, зашел в дом. Вечер пятницы, время около десяти вечера. Люди развлекаются где-то — у друзей, в ресторанах, в клубах. Или у себя дома. На улице задерживаться никто не спешит, да и погода не располагает.
С лопатой Георгий упражнялся примерно полчаса — Ира даже замерзнуть успела, пока его ждала. Но, в конце концов, ученик дворника утомился.
— Хочу торт! — он подошел к ней, вытирая рукавом куртки лоб. Лицо его было влажным. А так же шея и начало груди. «Сейчас простынет ведь!» — со смесью раздражения и веселья подумала Ира.
— Торта нет. Пирог с малиной будешь?
— Буду!
Ирина не стала переодеваться. Это потом. Налила воды и включила чайник. Квартира у нее — даже квартирой назвать нельзя. Комната площадью восемнадцать квадратных метров и крошечный санузел. У дальней стены, с окном, расположилась кровать и стол, ближе к входной двери и санузлу — плита и холодильник.
— Симпатично у тебя!
