— Так и есть, — кивнул Йен. — Особенно если ты шафер или подружка невесты, — хохотнул он. — Согласись, свою роль мы выполнили на «отлично»: всю церемонию у алтаря простояли ну очень красиво!
Нина рассмеялась.
— Не смею возражать, но чувствую, что на фотографиях будет совсем иначе.
В этот момент к ребятам подошёл Остин.
— Удивительно, чёрт возьми, что на свадьбе у общих друзей я вижу свою девушку только у алтаря и то с другим мужчиной, — хохотнул он, притянув болгарку к себе и крепко поцеловав в щёку. — Привет, Йен, — поздоровался парень, протянув Сомерхолдеру руку.
— Остин, у нас впереди весь вечер, — улыбнулась Нина, и Йен в этот момент почувствовал себя лишним. — Так вы знакомы? — спросила она у парней.
— Мальчишники, Нин, очень объединяют, — криво улыбнулся брюнет, ответив Стоуэллу на рукопожатие.
— И точно, — пробормотала болгарка, — как я могла забыть об этом.
— Ну что, ребят, поехали? — сказал Стоуэлл. — Свадебные салатики и халявное шампанское ждать не будут!
— Мне после сегодняшнего нужен минимум вискарь, — отозвался Йен, приложив руку ко лбу.
— Вы ещё здесь? — изумился подошедший в этот момент к ребятам Пол. — Смолдер, ты всё утро причитал, как хочешь жрать, и сейчас ты просто тратишь время, которое мог бы уделить салатам, на разговоры? Привет, Нинс, здорово, Остин, — с улыбкой махнул рукой Пол.
Йен, боясь себе в этом признаться, на самом деле обрадовался, что Пол подошёл к ним именно в этот момент: в компании Нины и её молодого человека он чувствовал себя неловко.
— Я уже не знаю, чего я хочу, — отозвался Смолдер. — Наверно, приложить мою больную голову на что-нибудь мягкое.
— Неизменный признак того, что мальчишник прошёл отлично, — ответил Василевски, подняв вверх указательный палец правой руки. — Вряд ли твоё желание исполнится скоро. Пока — давайте радоваться за молодых и веселиться! Поехали!
Нина, Остин и Йен вслед за Полом прошли к одной из машин, припаркованных у входа в собор, и отправились на прогулку по городу — неотъемлемую часть любой американской свадьбы.
До ресторана молодожёны и гости, увлечённые прогулкой и осмотром достопримечательностей (погода, как на заказ, в этот день стояла солнечная и невероятно тёплая), добрались только в седьмом часу вечера. Празднование было в самом разгаре и не обещало заканчиваться в ближайшие часа три-четыре. Столы ломились от разнообразных угощений, дорогие алкогольные напитки лились рекой, звучала зажигательная музыка, под которую так хотелось танцевать, и абсолютно все гости выглядели счастливыми и довольными. Джо и Кэндис в этот вечер услышали от своих друзей много тёплых слов.
Йен полностью разделял всеобщую радость за Джо и Кэндис, но чувствовал себя явно не в своей тарелке. Они с Ниной много разговаривали, шутили, но большую часть времени болгарка провела рядом с Остином, то и дело целуя его то в щёку, то в губы, то в нос, и увлечённо рассказывая ему о чём-то на ухо. И не то чтобы Йену было неприятно это видеть… Но отрицать того, что подобные моменты трогают в нём что-то, он не мог. И каждый раз он думал: «Никки. Её здесь очень не хватает. Если бы она была рядом, я бы не чувствовал себя так некомфортно».
Йен не знал, что примерно то же самое в этот вечер ощущала и Нина. Вот только, в отличие от Сомерхолдера, её молодой человек был рядом с ней, и поэтому в его объятиях она так отчаянно искала спасение от своих мыслей и чувств, любое проявление которых она всеми известными ей способами пыталась в себе заглушить. Нине Остин действительно нравился, но её беда была в том, что она уже сейчас пыталась убедить себя, что чувствует к нему гораздо большее, чем есть на самом деле.
Громкая музыка, доносившаяся из мощных колонок, установленных в зале ресторана и, казалось, уже начавшая течь по венам, стихла, и ди-джей объявил медленный танец. Сам не зная, почему, Сомерхолдер несмело подошёл к Нине и Остину, услышав нежные звуки печальной испанской гитары, с которых начиналась композиция Марка Энтони.
Soundtrack: Marc Anthony — When I Dream At Night
— Ты не против, если я украду твою девушку на этот танец? — спросил он у парня.
Нина изумлённо посмотрела на Йена.
— Только если Нина не против, — сдержанно ответил Стоуэлл, чувствуя, как в нём зажигается ревность. Он знал, что Нину и Йена долгое время связывали отношения, но старался не нервировать себя.
— Если мистер Сомерхолдер настаивает…
— Я был бы рад разделить этот танец с тобой, — сказал Йен.
— Я согласна, — кивнула Нина, посмотрев на Остина и поняв, что он не против.
Сомерхолдер подал Николине левую руку и в следующее же мгновение ощутил тепло её ладони. Он обхватил её руку своей и немного приподнял её, и провёл болгарку на танцпол. Оказавшись на танцполе, Йен положил правую руку на середину спины Нины и мягко взял её правую руку, поддержав её на уровне плеча, показав таким образом, что ведущим в танце будет он.
— Очень печальная для свадьбы песня, — заметила Нина, когда Йен закружил её в медленном, очень нежном и чувственном танце, и услышала, что её голос дрогнул.
