В комнату вошел седой мужчина. — Гражданка, простите, но я уже давно жду, — сказал он Галкиной.
— Я сотрудница, — объяснила Галкина. — Но если вы по поводу гаража, обращайтесь к Сорокину… Третий этаж, вторая комната.
— Я из "Строительной газеты"…
Васин внимательно посмотрел на седого.
— У меня несколько вопросов к товарищу Васину.
— Товарищ корреспондент, — мягко сказал Васин, — я вас приглашу через три минуты.
Седой вышел.
— Галкина, запиши, — Васин встал, посмотрел в окно. — Нестеровой выговор по отделу.
Ведро стояло на этаж ниже. Рядом никого. Васин посмотрел на мостовую, там стоял желтый "Москвич".
— Наташке? За что?
— За нахальные переодевания в рабочее время.
— Пал Иваныч, не надо. Она же безотказная. Она же и в субботу, и после работы, когда надо…
— С лишением премиальных, — сказал Васин и взял трубку.
— Васин слушает.
Телефонистка: — Москва вызывает. Говорите.
Женский голос:
— Алло… Павел Иванович? С вами будет говорить Олег Александрович Жагар, вице-президент академии наук СССР.
Мужской голос:
— Павел, привет. Как жизнь?
— Нормально.
— Павел, я к тебе с просьбой. У вас там гаражи ломают, так вот, есть такая Гаева Антонина Андреевна, ей вы должны…
— Извини, Олег, — перебил вице-президента Васин. — Но никому никаких исключений не будет!
И швырнул трубку.
— Кто такая Гаева? — рявкнул он.
— Я проверяла, у нее постоянный, сносу не подлежит. Мне насчет нее человек шесть звонили.
— Всех купила! — Васин нажал на кнопку селектора. — Рая, Костя здесь?
— Был здесь.
— Можно я его на полчаса заберу?
— Только не больше.
Васин надел плащ.
— Галкина, у тебя что, дел нету? Иди работай.
— Пал Иванович, я провентилировала насчет рабсилы. Бондаренко и в понедельник даст, если как следует поднажать. Давайте отложим гаражи, пока не поздно.
— Что ты мне сегодня весь день перечишь? У тебя какой рост, если без каблуков? Сколько сантиметров?
— Метр шестьдесят шесть.
— А кажется, что больше.
— Так как же все-таки насчет гаражей?
— Ты дома такая же настырная? Иди, иди.
Зазвонил телефон.
— Товарищ Васин! Это Кузякин! — кричал в трубку работник ЖЭКа. — Он уехал!
— Кто?
— Милиционер! Сказал — не их дело с дедами воевать. Пал Иваныч, я тогда этот гараж пропущу пока. Ладненько?
— Какой гараж? Ты откуда звонишь?
— Я из автомата звоню, Пал Иванович!
— Адрес! Чей гараж?
— Гараж Ванечкина. Строительная семь.
Кабинет Васина.
— Не отлучайся никуда. Я буду.
Васин положил трубку, пошел к двери.
— Вы уходите? — к Васину подскочил возмущенный седой. — Послушайте, я вас два часа уже жду!
— Да, не везет, — посочувствовал ему Васин. — А мне вот уезжать надо… Нет вы не уходите. Я скоро буду.
— Я больше не могу ждать.
— А какой у вас вопрос?
— Мы готовим статью о зависимости супружеской жизни от жилищных условий.
— Молодцы! В самый корень! Два часа потеряли, подождите еще десять минут. Мы с вами такую статью отгрохаем — все ахнут.
Он дружески положил руки на плечи седого, припечатывая его к месту и неожиданно лукаво подмигнул.
У выхода из райисполкома он сел в вишневую "Волгу".
— Костя, — сказал он, усевшись, — в облпроект.
Шофер продрал глаза, рванул с места. Васин глядел туда, где стоял желтый "Москвич". В нем никого не было.
— Стой! — скомандовал Васин.
Костя нажал на тормоза.
Васин выскочил, вернулся к "Москвичу", рванул дверцу. Там, скорчившись на заднем сиденьи, пряталась Дина.
— Здравствуй, Дина, — сказал он.
— А, Павлик… — сказала Дина в полной растерянности. — Привет… А я вот шпильку потеряла…
— Дина, передай своей подружке, что если она желает избавиться от ненавистного ей супруга, то для этого не надо присылать к нему психиатров. Он согласен на любые условия. Любые — лишь бы быть от нее подальше. И еще… Впрочем, он сам ей все сейчас скажет.
— Захлопнув дверцу, пошел к "Волге".
— Павлик! — Дина выскочила из машины, догнала, побежала за Васиным. Постой! — Она схватила его за рукав. — Какая подружка? Каких психиатров? Ты о чем говоришь?
— Этот ваш корреспондент с бегающими глазами у нас в прошлом месяце лекцию читал. Так что угомонись, кикимора!
Васин вырвал руку, залез в "Волгу".
— Павлик, подожди! Клянусь тебе нашей дружбой. Ирина ничего не знает. Это я попросила Владика, чтобы он обследовал тебя!
— Пока!
Васин захлопнул дверцу.
— В облпроект, — повторил он Косте.
Облпроект.
Когда Васин вошел в комнату отдела, где проходило торжественное заседание, там было полно народа. На длинном столе, сдвинутом из нескольких, стоял торт. У дальнего конца Тетерин вручал уходящему на пенсию Ковалеву адрес. Ирина, осунувшаяся, печальная, держала в руке бумажку со стихами.
— Ирина, — позвал от двери Васин, которому трудно было бы пробиться через строй сотрудников.
Та сразу услышала. На мгновение в глазах мелькнула надежда, но погасла — и голос, и вид Васина не предвещали ничего доброго.
— Не могу, — показала она ему, приложив палец к губам.
— …И с благодарностью будем вспоминать годы, проведенные под вашим руководством! — закончил речь Тетерин. И вручил адрес. Раздались бурные аплодисменты.
Когда они смолкли, Васин повторил:
— Ирина Николаевна!
— Тшшш, — зашипел кто-то рядом.
В глазах Ирины было загнанное выражение.
