— Ну заходите тогда, раз за огурцами, — милостиво разрешила физиономия, — деньги-то у вас есть?
— А то как же, — вытащил я из нагрудного кармана пару сиреневых четвертаков, — на огурцы должно хватить.
Прошли через заваленный и завешенный всяким хламом длиннейший коридор, при этом сначала спускались по лесенке на пол-этажа, а потом поднимались обратно, и зашли в конце концов в узенькую, но длинную комнату, тоже основательно заваленную и заставленную.
— Чего надо? — хмуро спросил мужик, — да, меня Толиком зовут.
— Я Витя, а это Лена, — представил нас я, — а надо бы нам приодеться к началу учебного года.
— Джинсы, я так понимаю, отпадают? — продолжил расспросы Толик.
— Нет, почему же, — переглянулся я с Леной, — джинсы тоже можно, но если деньги останутся. А сначала что-то парадное хотелось бы.
— Что ж вам предложить-то? — задумался Толик, — для девочки вот есть пара таких штук, смотри, может понравится.
И он вытянул откуда-то из стопки два пакета, передав их Лене.
— А на тебя… — продолжил он, бросив на меня косой взгляд, — вот такой прикид могу дать… и ещё вот это, никто у меня что-то не берёт, может ты возьмёшь.
Для Лены оказалось платье в косую клетку, мини, но не совсем уж вызывающее, и в обтяжечку — для хорошей фигуры самое оно, а у Лены она очень неплохая была, фигура. Она начала придирчиво рассматривать ткань и швы, а я развернул свой пакет — там оказались светло-жёлтые, соломенного скорее цвета штаны свободного кроя плюс рубашка с карманами того же цвета… похоже на лён, но не мнётся, так что с добавками какими-то. Второй пакет я даже и не стал разворачивать.
— Почём? — спросил я у Толика.
— Стописят вообще-то, — ответил он, — но поскольку ты от Николаича, даю дисконт… сто тридцать.
— Беру, — сразу согласился я. — А у тебя что, Лена?
— Да нравится, конечно, — ответила она, прикладывая на себя наряд перед зеркалом. — Померить бы только.
— Здесь негде, — хмуро отвечал Толик, — могу такой вариант предложить — покупаешь и меряешь дома, а если не подойдёт, приносишь назад. За это пятёрку беру. Да, платье тоже за сто тридцать отдам.
— Беру, — рассмеялась Лена, — джинсы тоже покажи уже.
Толик достал большую коробку от самого потолка и открыл её, она до самого верха была набита синими джинсами.
— Оригиналы за двести идут, — достал он Левисы, — а польские и индийские копии за сто двадцать, — и он показал внешне неотличимый от Левисов вариант.
— А чем они отличаются, ну оригиналы от копий? — спросила Лена.
— Внешне ничем, — ответил Толя, — а так-то у копий материал пожиже, фурнитура похуже, сносятся года на два раньше… как-то так.
— А дисконт на оригиналы сделаешь? — спросил я.
— Сделаю, но не такой большой, как на платье… по червонцу скину.
— Итого это выйдет… — мысленно достал я калькулятор, — 260 плюс 380 равно 640. Ещё пакет бы какой дал, чтоб в руках это не тащить… два пакета.
— И пятёру за два фирменных пакета, итого 645.
Я молча вытащил свои полтыщи, Лена добавила 145, мы расплатились и молча покинули гостеприимную коммуналку.
— Мне, кстати, твой костюмчик тоже понравился, — неожиданно сказала Лена, — я бы в таком походила.
— Поменяться, извини, не смогу, — озадаченно ответил я, — в твоё платье я как бы не влезу…
— Да я тебе его и не отдам, — рассмеялась она.
— Тогда вторым заходом прикупим тебе что-нибудь в этом стиле, как его… в стиле милитари, — продолжил я. — Будешь тогда, как кубинская партизанка.
— Договорились, значит, встречаемся завтра возле Алексей-Максимыча? — согласилась Лена.
— Значит, завтра возле него, — подтвердил я, и мы разошлись в разные стороны примерять обновки.
Маме мой новый костюм понравился, она долго крутила меня вокруг оси, а потом высказала своё мнение:
— Совсем взрослый стал… скоро в армию заберут.
А отец только посмотрел косым взглядом на всё это, но высказался совсем о другом.
— Я тут краем уха слышал, что у тебя какие-то тёрки с нашим участковым?
— Да какие у нас могут быть тёрки, — попытался успокоить его я, — кто он и кто я, чтобы тёрки тереть — ну поговорили мы с ним по поводу драки в семье братанов, на этом и всё…
— Смотри, доиграешься ты, — погрозил он мне пальцем, — большие проблемы начинаются с маленьких разговоров. Как там, кстати, у этих братанов-то, у Синельниковых?
— Наладилось, кажется, — отвечал я, — отца вылечили, младшего брата отпустили, старший мопед себе купил.
— На какие, интересно, шиши? — поинтересовалась мама, — они же голые, как соколы.
— Мне, если честно, это неинтересно, — увёл в сторону разговор я, — купил и купил, будет ему чем заняться теперь. А вот кстати — кто-то обещал, что мне выделит денег на мотоцикл.
— Ну я обещал, — недовольно ответил отец, — присмотрел уже что ли?
— А то как же, Восход называется, продаётся практически свободно и не очень дорого, за 450 рубликов.
— Раз сказал, значит выделю — права-то ты получил?
— Третьего сентября экзамен, надеюсь сдам, там ничего сложного нет.
— А держать где его будешь?
— Так в сарае же, братан свой мопед туда загнал в соседний отсек, с другой стороны Олег Конкин мотоцикл свой там держит, традиция в нашем доме такая сложилась..
