Ответил за нас я, примерно в том духе, что «виноваты, товарищ командир, больше это не повторится, товарищ командир». Ирина, кажется, удовлетворилась моими обещаниями. А когда список учеников закончился, в классе отворилась дверь, и в неё зашли двое тех самых, обещанных капитаном Крыловым. Оба они были роста среднего, с русыми волосами и прямым носом. Оба в джинсовых костюмах.
— А сейчас, ребята, — продолжила Ирина, — я хочу представить вам двух необычных учеников. Они тоже перешли к нам из другой школы, только вот та школа находится в Соединённых Штатах Америке, в городе Нью-Йорке. Знакомьтесь, это Джон, а это Мэри.
Надеюсь, что вы догадались, какая реакция была у класса — челюсти отвисли у всех, включая и троицу старослужащих. Первым пришёл в себя Игорёк, похожий на Видова.
— Это чего, они с нами что ли учиться будут?
— Да, Игорь, они будут учиться с нами. Примерно две четверти, до Нового года.
— А по-русски они понимают?
Вместо учительницы на этот вопрос ответил Джон, довольно чисто, хотя небольшой акцент всё же чувствовался:
— Да, мы понимаем по-русски и говорить можем — сказал он Игорю, — пять лет изучали ваш язык в средней школе.
— А тогда ещё такой вопрос, — не унимался Игорь, — чего вы у нас это… делаете? В Советском Союзе в смысле?
Тут уже не выдержала и вступила в диалог Ирина Юрьевна.
— Между Советским Союзом и США недавно заключено соглашение о школьном и студенческом обмене. Их школьники едут учиться в наши школы, наши поедут в американские, но чуть позже. Для установления более тесных связей и укрепления добрососедских отношений между нашими странами. Понятно?
— Более-менее, — туманно выразился Игорёк и сел на место.
— Ну а раз понятно, слушайте дальше — они такие же ребята, как вы, так что прекращаем смотреть на них как на тигров в зоопарке и принимаем в свой коллектив. Джон садится рядом с Витей Маловым… Лена, пересядь пожалуйста на соседнюю парту… хорошо… а Мэри идёт к Лене.
— Можете называть нас Ваня и Маша, — сказал Джон перед тем, как сесть рядом со мной, — наши имена ведь так на русский переводятся.
— Ну а мы продолжаем, — сказала классная и тут же прикрикнула, — тихо там, на задних партах! Расписание висит на этом этаже рядом с учительской комнатой, может его записать. Учебники у всех есть?
— У меня нет, — поднял руку Абрамченко, — трёх или четырёх книг не хватает.
— И у нас тоже, — раздались голоса слева.
— С вами будем решать вопрос отдельно… а у Вас, Джон… Ваня то есть и Маша, есть хоть какие-то учебники?
Ответила молчавшая до этого Мэри, стройная и высокая девушка, которую несколько портили оспины на правой щеке:
— У нас всё есть, Ирина Юрьевна (акцент у неё тоже был, но практически неуловимый), нам в посольстве выдали.
— Ну и прекрасно, — продолжила Ирина, — я, кажется, всё сказала… с учителями, которые у вас будут вести профильные предметы, вы позже познакомитесь… может, у кого-то вопросы есть, так задавайте.
Вылез на первый план всё тот же блондин Игорь.
— А почему их посадили с Витей и Леной? Я бы может тоже хотел рядом посидеть.
— Этот порядок согласован руководством школы, — жёстко ответила ему Ирина, — следующий вопрос?
— У меня больше нет, — Игорь с недовольным видом сел на место, а вместо него вытянул руку вверх парнишка с последней парты.
— Что у тебя, Саблин? — спросила классная.
— А жить-то они где будут, американцы эти? Сами по себе или в семьях каких-то?
— А вот они сами нам ответят на этот вопрос, — перевела стрелки Ирина.
Джон-Ваня сказал, не вставая с места:
— В Сером Топтыгинском доме, подъезд 22, квартира 401, заходите.
Продолжила вечер вопросов и ответов девочка Лиза из шестой школы:
— А в Америке вы где учились?
— Сначала в младшей школе, — начала разъяснять Мэри, — потом в средней, а в прошлом году перешли в старшую, Хай Скул оф Сайнс в Бронксе… это район Нью-Йорка такой, Бронкс… у нас сложная школьная система.
— И как вы там учились, в смысле отметок? — продолжила опрос Лиза.
— В основном Б по всем предметам, — ответила Мэри и тут же пояснила, — у нас отметки не цифрами, а буквами выставляют, А соответствует вашим пятеркам, Б — четверкам и так далее.
— А что означает приставка «сайнс» в названии вашей школы? — спросил один мальчик с левого ряда.
— Углубленное изучение технических дисциплин — математики и физики в основном.
— Как у нас почти, — обрадовался этот мальчик слева.
— Среди выпускников нашей школы, — продолжил Джон, — семь Нобелевских лауреатов и пять обладателей Пулитцеровской премии.
— Ни хрена ж себе, — высказался кто-то по центру сзади нас.
— Овечкин, что за выражения! — строго выговорила ему классная, — если уж речь зашла про выпускников, то могу сказать, что наша школа в этом смысле тоже не лыком шита. Среди них, например, секретарь Политбюро товарищ Кадышев, а ещё два Героя Советского Союза и три генерала.
— Здорово! — сделал вежливое лицо Джон, — у нас в Белый Дом и в оборону пока никто не уходил.
