— А ты не слушай постороннюю болтовню, — недовольным тоном отвечал мне он, — собаки тоже лают, а ветер их лай носит…
— Убедили, — поддакнул ему я, — больше никого слушать не буду, кроме представителей наших правоохранительных органов — намекните хотя бы, что там произошло-то…
— Намекаю, — сдвинул брови Гусев, — не твоего, Виктор, ума это дело. И второй намёк тоже могу подбросить — не суйся туда, куда тебя не просят. Доступно?
— Вполне, — чистосердечно ответил я и очистил помещение опорного пункта.
Вот же сука какая, подумал я по пути домой, других, значит, слушать не надо, а сам молчит, как рыба-карась… нет, как щука, потому что такой же хищный и с зубами. Да и хрен бы положить на этого Файнштейна, решил я, открывая дверь своей квартиры, и без тебя забот хватает.
А завтра после уроков мы с Джоном занялись вплотную подготовкой к мотокроссу по пересечённой болотами местности. Сначала с матчастью разобрались — в принципе техника-то новая была, так что особенно там ничего править и не пришлось, цепь смазали, да тросики все проверили по два раза. А далее я предложил прогуляться на место предстоящего соревнования и провести тренировочные пару заездов прямо там. И мы прогулялись…
Та самая лужайка возле Длинного озера была тоже достаточно длинной, почти километр с севера на юг, а в поперечнике вдвое уже. Заканчивалась она плавным переходом в хляби и трясины, окружавшие наш многострадальный район со всех сторон… ну почти со всех, с одного-то края всё-таки Река текла.
— Я так понимаю, что старт у нас будет приблизительно оттуда, — и я показал на то место, где мы недавно с бандитами беседовали, — потом пойдёт туда (в трясину, но не очень глубоко, пока по пояс не начнёшь проваливаться), поворот примерно у той засохшей берёзы…
— Берёзы? — переспросил Джон, — что это?
— Ну по-вашему это бёч будет, — в растерянности ответил я, видимо не всем русским словам их там в Америке научили.
— Извини, — буркнул Джон, — сразу не понял. Значит я рулю до бёч, далее назад сюда?
— Не так просто, наверняка они придумают парочку выкрутасов… ну хотя бы вон в те кусты, там горка подходящая.
— Окей, я погнал, а ты смотри и корректируй, если что, — выкрутил он ручку газа на середину.
И рванул вперёд… я конечно не очень большой спец по мотокроссам, участвовал один раз в жизни… в прошлой жизни, но, по-моему, Джон работал вполне себе уверенно. На повороте назад только замешкался на какую-то секунду и, когда на горке взлетел вверх, потом не совсем уверенно приземлился. Я об этом ему и сказал, когда он вернулся.
— Ничего не отбил себе? — участливо поинтересовался я, — уж больно сурово ты после горки приложился о землю.
— Нет, всё цело, — пробормотал он, — может, ты теперь прокатишься и покажешь класс?
— Запросто, — отобрал я у него агрегат, — учись, пока я живой.
И лихо прокатился по тому же самому маршруту, горку одолел гораздо чище, чем он.
— Здорово, — встретил меня Джон такими словами, — а может, ты и вместо меня погоняешь?
— Боюсь, что замены не будут предусмотрены регламентом соревнований, так что сам давай. И ещё послушай мои советы, может, пригодятся…
Ну и далее я рассказал ему всё, что вспомнил из теории и практики гонок по пересечённой местности — авось пригодится. А вскоре и наши конкуренты подтянулись, Серый приехал на Яве, раскрашенной в два ярких цвета, красный и жёлтый. Сюрпризом стало то, что и Полкан на байке заявился, у него был простой Восход, но ручку газа он у него выкручивал так отчаянно, что заглушил вообще всё.
Почти одновременно подошли и Синий с Батоном с одной стороны, а с другой Мэри, Колян и Леночка, последняя для меня большим сюрпризом оказалась… но раз пришла, ладно, пусть поприсутствует. Вася Синий с некоторым недоумением посмотрел на мою группу поддержки, но возражать не стал, а вместо этого начал распоряжаться… я оказался почти во всём прав, трасса будущих соревнований прошла именно там, где я и думал. С одним исключением, после горки он нарисовал ещё один вираж в правое, если смотреть от озера, болото.
— Не утонут они там? — спросил я, проинспектировав маршрут, — потом вытаскивать придётся.
— Не менжуйся, — ответил он, — там неглубоко.
А после этого расставил Джона, Серого и Полкана в ряд, объяснил им условия (три круга, как оказалось, надо было нарезать) и махнул рукой — они все трое и рванули с низкого старта. Когда они отъехали достаточно далеко, чтобы можно было расслышать, что-нибудь, меня отозвал в сторонку Коля.
— Слышал новости, Витёк? — так он начал наше общение.
— Если честно, то некогда было, — признался я, — столько дел навалилось одновременно, что не до новостей. Расскажи.
— Участкового Гусева выпустили за недоказанностью, а вместо него в ту же камеру посадили… ну угадай кого?
— Я даже не знаю, — мысленно прикинул я возможных фигурантов, — Игорька Ахундова?
— Нет, — уверенно отвёл эту кандидатуру Коля.
— Кабана?
— Опять мимо.
— Комитетчика Крылова может?
— Этот-то тут вообще при чём? — возразил он, — снова не угадал. Редактора нашей газеты сегодня утром закрыли, вот кого.
— Зозулю? — искренне удивился я.
