После Ашри вернулась к одинокому орму и уселась напротив. На мгновение, закрыв глаза, Элвин подняла руку — кончики пальцев, а затем и ладонь засветились. Сначала чуть заметно, затем сильнее и вот Ашри держала в руках огонёк ярко лилового пламени.
— Ты что ли из псовых, — удивляясь своей же глупости, спросил ошарашенный Карш.
Ашри криво ухмыльнулась и медленно повела руку с пламенем по направлению к орму. Вдруг огонёк дрогнул, выгнулся и потянулся к камню. Ашри приблизила его ещё ближе и тут орм словно магнит притянул пламя и поглотил!
— Орхи меня дери! — воскликнул Карш, глядя как тусклый орм очистился, стал почти прозрачным и внутри него запульсировало крохотное фиолетовое сердечко.
— На Севере их называют мнемоморы — осколки памяти.
— Что это, Бездна поглоти? — прошептал Карш, не рискуя прикасаться к камню. — Понятно, отчего наместник был в перчатках.
— Бистам, большинству эллингов и аллати эти камни не навредят, — Ашри смерила караванщика взглядом. — Если ты конечно не из тех, в ком течёт пламя. Эти камни как упыри высасывают тебя, заряжаются и хранят силу в себе. Ну а потом, — Ашри пожала плечами. — Потом можно ее использовать. На Севере верят, что они хранят крупицу души тех, кто открыт потоку силы. Но я никогда не видела таких крупных.
Элвинг подняла руку, показывая браслет:
— Вот у меня такой тут, — на плетеном кожаном шнуре, среди серебряных резных бусин, весела крошечная ярко фиолетовая подвеска. — Забирает излишки, а бусины из лунной стали рассеивают ее.
Ашри чуть коснулась камня пальцем, и он ответил искоркой. На лице элвинг появилась улыбка. Тёплая и безмерно печальная. Но тут же брови вновь сдвинулись, и Карш уже не был уверен, что это мимолетное изменение не приводилось ему.
— Хочешь проверить на себе? — засмеялась элвинг. — Говорят, они найдут и выпьют пламя, даже если носитель сам не знает, что оно у него есть.
— Ты же сказала, что бистам нечего бояться, — Карш хмыкнул, закрывая шкатулку.
— Бистам — да, — Ашри прищурилась и внимательно посмотрела в глаза Каршу.
— Как знаешь, — после долгой паузы, сказала она и подобрав перчатку, надела на руку.
***
Карш аккуратно, стараясь не прикасаться к необычным камням, убрал их в шкатулку. Порывшись в сумках, он достал бутылку из морозного камня и мешок сушенных пещерных грибов.
— Основной товар был на Тучке, — Карш развёл руками. — Надеюсь, у этого червя разорвёт пузо от всего проглоченного холодовика. Ну, а если мороз его не доконает, так там была пара бутылок яда змей — может хоть они прожгут дырку в этой твари.
Ашри выдавила из себя усталую улыбку:
— У меня остался кусок сыра.
— А у меня, — Карш показал бутылку. — Изумительное ледяное вино из этих ужасных шахтовых ягод.
Карш скривился в гримасе, которая приводила в восторг детей приюта Маан:
— Таких бледных и растущих гроздями, словно великан Бронги мигом потерял все свои глаза, и они по волшебству сбились в кучки, как мерзкие брюшки паучков.
Карш сломал печать и выдернул пробку. Слегка тряхнул бутылкой, запуская воздух. Из горлышка вырвалось прозрачное пламя холодка, будто призрак. Морозный аромат коснулся носа и бист зажмурился от удовольствия.
— За тебя, Мараг, — караванщик салютнул бутылкой, сделал глоток и задержал вино во рту, смакуя прохладу и вкус.
Вино ледяной змейкой скользнуло по горлу. Была в нем сладость и горечь, терпкость и привкус пепла. В носу защекотало и, передав бутылку Ашри, Карш покрутил в пальцах кусок сушенного гриба, думая годится ли он в пищу в таком сморщенном, сизо—сером виде с душком немытого от Азура до Имола гвара.
— Держи, — Ашри протянула караванщику ломоть сыра. — За Марага, пусть лёгок будет его путь на той стороне.
Бутылка ещё несколько раз перешла из рук в руки, прежде чем Карш прервал молчание.
— Расскажи мне свою историю, Ашри.
Элвинг удивленно вскинула брови.
— Как тебя занесло в это проклятое богами место?
— Ты меня нанял, — криво усмехнулась Ашри.
— Да, нет, — отмахнулся Карш, — В благословенные пески Мэй и город порока Аббарр.
— Может, проклятые места специально созданы для тех, кто проклят? — ответила элвинг. — А может, приходят в них, чтобы забыть свою историю и начать новую.
— И как? Получилось? Забыть?
— Если б некоторые меньше о ней спрашивали, то может и получилось бы, — оскалилась Ашри. — А так, только начать новую.
— А я б наоборот хотел вспомнить свою жизнь, до того как стал бистом и встретил Дхару, — Карш покрутил бутылку. — За тех, кто ушёл слишком рано.
Ашри кивнула и посмотрела на браслет.
— Расскажи хоть про свой амулет, — не унимался караванщик.
Элвинг набрала полную грудь воздуха и раздула ноздри:
— Вот жеж пристал!
— А как иначе. Что ещё делать в этих развалинах. Надо ж как-то растягивать припасы... Или не надо, — Карш достал ещё одну бутылку.
— Угу, и вытягивать байки, чтоб потом травить у костра из гваровых лепёшек.
— Фу, какая гадость! Какие у тебя не качественные представления о жизни караванщика... Во первых не всякая лепешка годится для костра, ведь на нем готовят еду. А во-вторых...
