Купание в Ладоге пришлось мне по сердцу. После первого омовения я с волнением кутался в ватник и ждал утра: не слягу ли с воспалением легких? Однако не получил даже насморка, и в последующие дни я согревался уже не спиртом, а горячим чаем. Бутылка с первачом вообще потерялась где-то за диваном, и я ее не искал. Зато я наловчился варить еду на костре, хотя в хибаре имелись плита и газ. Но мне нравилось именно на огне в котелке: картошка, тушенка, лучок и тонкая струйка дыма над водой.
К радости моей, по-весеннему потеплело: из почек на деревьях полезла сморщенная зелень, а камни днем раскалялись на солнце. Днем я ходил в футболке, пробовал загорать и печку топил только на ночь. А еще я выяснил, что живу здесь не один.
Часов в девять утра на противоположном берегу выходила к водопою пара лосей. Мощный самец становился рядом с подругой и, когда они оба склонялись в воде, толкал ее задом. Похоже, у парня было хорошее чувство юмора, а где-то в чащобе они жили полноценной половой жизнью.
А еще я обнаружил на моем острове стайку диких уток. Поутру, когда течение на Ладоге было особенно сильным, они выбирались на берег: папа, мама и шестеро утят. Они копошились в траве и требовали то ли пищи, то ли внимания. Стоило мне приблизился к этой семейке метров на пятнадцать, папа с громким кряком побежал чистить мне клюв. Я не двигался, хотя он сильно рисковал, нарезая вокруг меня круги на расстоянии вытянутой руки. Я покрошил им немного хлеба и на следующий день обнаружил всю семью на том же месте. Папа уже вел себя гораздо спокойнее, и, вероятно, спустя несколько дней мне разрешат брать утят на руки.
Мой остров казался мне местом, где Бог не скрывает своего присутствия. Я возвращался к себе по своим же следам, а их отпечатки были большими и яркими, чтобы рассмотреть их даже без очков. Я оказался здесь, потому что предал свои мечты. Моя недописанная книга живет где-то в недрах компьютера. Мой профессиональный фотоаппарат снимает давно знакомые рожи на вечеринках, а не войну в Осетии для «Уорлд Пресс фото». Моя гитара на стене покрылась пылью, хотя еще пять лет назад эти руки извлекали из нее соло Би Би Кинга. И я хорошо понимал, почему это происходит.
