О высших достижениях речи не идёт, но чтобы в любой сфере деятельности быть крепким середняком, человек опять же должен следовать шаблонам: профессиональному спортсмену требуются диета, тренировки, соблюдение дисциплины; ушлому предпринимателю — накопление начального капитала, изучение рынка, умение находить общий язык с посредниками; востребованному вокалисту — развитие связок, правильные знакомства, пронырливый менеджер…
Тому, кто добился успеха в одной области, поначалу будет проще в смежных направлениях: теннисист в игре в футбол обгонит талантливого художника; опытному бизнесмену-цветочнику потребуется меньше времени для открытия точки по продаже напитков, чем врачу-терапевту; пианист быстрее освоит гитару, чем строитель.
Казалось бы, что в нашем свихнувшемся мире на вершине рейтинга будут стоять геймеры, ведь принципы системы не сильно-то и отличаются от компьютерных игр, вот только данный тезис у меня вызывает большие сомнения. И нет, причина не в том, что приходится видеть настоящие, а не пиксельные смерти и не в том, что нужно самому сражаться, а не управлять нарисованным персонажем, а в том, что из-за иерархии все шаблоны рвутся.
Если бы неделю назад меня спросили, какие я бы взял характеристики, то ответил бы по стандарту: сила, ловкость, выносливость… Уверен, геймеры допустят эту же ошибку.
— О чем думаешь, Снежный Барс?
— Странные мысли в голову лезут, — признался я, осматривая и ощупывая своё тело. Мышцы не стали твёрже, дополнительного рельефа не появилось, кожа оставалась всё такой же мягкой.
— Как считаешь, сколько времени ты провёл в инстансе?
— Минут десять, — предположил я.
— Три месяца.
— Что? — я взглянул на наставницу.
— Три месяца истинного времени. Десять минут субъективного. Две секунды реального. Другой вопрос: сколько ты подключен к системе? Нет, не по таймеру. По личному восприятию.
— Мне кажется, что около недели, — ответил я. Моя жизнь и без того была наполнена событиями: работа с её нескончаемыми экспедициями сказывалась. Но последние две трети суток, которые включали в себя два дня в пространственной бреши, переплюнули всё, что происходило до этого.
— Разве ты не замечал в последние годы ничего необычного?
— Чего именно? — я совершенно не понимал, к чему клонит паучиха, но, зная её особенность начинать издалека, ничуть не удивлялся вопросам.
— Твои способности к обучению, физические возможности, реакция — всё это увеличилось. Самки начали проявлять больший интерес. Особи твоей расы стали скучны и понятны. Разве не так?
Паучиха читала меня, как открытую книгу. Смущение перед ней я не испытывал (особенно если учитывать, что одежда на мне отсутствовала), но всё же я отвел взгляд. Потом вздохнул и посмотрел рыжеволосой женщине в её необыкновенные глаза:
— Всё так, — уверенно подтвердил я. Даже забылось невероятное чувство из-за прокачки на одну единицу параметра мощи, а ведь впереди ждали и другие характеристики.
После этих слов у меня будто с души спал огромный камень. Невидимый груз давил, но я никогда не признавался в этом даже самому себе. Уверен, что у Каспара, Ямира, Йенса и прочих коллег было нечто схожее. Даже Томас Рид — образцовый семьянин — и тот либо приглашал в гости кого-то из нас, либо брал дополнительные экспедиции.
При переезде в Южную Корею я твердил сам себе, что хочу пожить в иной языковой среде, но при этом не завел близких знакомств (мимолётные интрижки к ним явно не относятся). Напирал, что тут лучшая в мире медицина, хотя мне она и не требовалась: наша организация и без того заботилась о своих работниках. Говорил о перспективах, но из-за путешествий я не был привязан к какому-либо месту.
Фактически же я сбежал, но не в соседний город, а на другой конец материка. Подолгу я мог взаимодействовать только с младшей сестрёнкой — да и то только после того, как Веня доставил ей Экс. Однажды, когда гостил в коттеджном поселке, я не застал Майли — она умотала в Штаты на соревнования. Я смог вытерпеть только четыре дня, хотя прилетал на целую неделю. Даже оправдание нашлось: значительная скидка на авиабилет.
— Вы знаете, из-за чего так?
— Да. А ты разве нет?
— Влияние системы. Тот, кого вы просили не упоминать, как-то повлиял на меня.
— Верно. Когда подселенец внедряется в иномирную оболочку или когда тело трансформируется, игрок приобретает все чувства, присущие новой особи. Если ты станешь арахнидом, то будешь воспринимать мир, как арахнид, — наставница превратилась в гигантскую паучиху.
— Останусь человеком, — от такой перспективы я сделал шаг назад.
— Я тебе этого и не предлагаю — лишь описываю его мотивы. К тому же подобными силами не владеет даже администрация — только Она.
Я кивнул, понимая, что нет смысла расспрашивать об этой женщине. А Вене, видимо, было одиноко, вот он и подготовил себе соратников, с которыми мог находиться в относительном комфорте.
— Скоро все начнут замечать, — продолжила паучиха, — что те, кто не прошел инициализацию, отличаются от игроков. И это действительно так.
— То есть через сутки люди не станут зомби или какими-нибудь другими монстрами?
