— Как ни странно, но мне действительно трудно идентифицировать тот момент, когда я понял, что испытываю к тебе противоестественный интерес, — признался Скорпиус. — Точнее, я могу назвать дату, когда окончательно удостоверился, что у меня на тебя встает, но началось всё намного раньше. В самый первый раз, когда я тебя увидел, я подумал, что у тебя очень правильные черты лица. До этого мне не приходилось ещё встречать мужчин, настолько подходящих под мои представления о красоте. Если честно, я вообще был удивлен наличием у себя подобных представлений, — он усмехнулся. — Тогда эта мысль была довольно мимолетна и вернулся я к ней только через два месяца и четыре дня. Когда мне принесли на пробу Генератор, я стал настраивать его на установленные по твоему указанию колдокамеры, и по забавному стечению обстоятельств ты в это время как раз был в душе после тренировки. Мантию ты бросил на скамейку, и новенький значок с колдокамерой как раз смотрел на твою душевую кабинку. Это был единственный раз, когда я видел тебя голым, но, как ты понимаешь, мне было этого достаточно, чтобы запомнить всё в мельчайших подробностях. С тех пор я ничего не мог с собой поделать — когда я тебя видел, мысленно откидывал одежду и прорисовал все мышцы, изгибы и складки кожи в зависимости от позы. Наверное, из меня получился бы неплохой скульптор, — Скорпиус чуть порозовел, рассказывая, а теперь и вовсе спрятался за поданной Гарри чашкой чая. — А потом, ещё двадцать четыре дня спустя, я представил, как у тебя встает член. И подумал, что хотел бы увидеть это в реальности.
— Насчет скульптора не знаю, но конспиратор из тебя первоклассный вышел, — произнес Гарри, усаживаясь за стол. — Я и понятия не имел, что ты так долго... — закончил шепотом на полуслове. — Твоя выдержка заслуживает одних только восхищений — обычно я такие вещи за милю чую. Надо же... — задумчиво добавил он.
— Выдержка? — Скорпиус вздернул бровь и решительно покачал головой. — Нет. Я думал об этом иногда, но это всегда была исключительно теория. Причем довольно безобидная. До того неловкого недоразумения, когда я неправильно вас понял, я даже помыслить о том, чтобы перейти к практике, не мог.
— Значит, назовем это полнейшим самоконтролем, — пожал плечами Гарри и потянулся за тарелкой, стараясь не измениться в лице от вернувшегося выкания. Нет, похоже, этот пункт они еще точно не переросли.
— Мы совершенно по-разному чувствуем этот мир, — с улыбкой покачал головой Скорпиус, но узнать, что он имел в виду, Гарри было не суждено. Старый и совершенно не нужный, по мнению Гарри, камин в углу чихнул зелеными искрами, и в нем появилась голова интересного молодого мужчины.
— Гарри, привет! — улыбнулся он. Камин был расположен так, что Скорпиуса говорящий не видел. — Хорошо, что ты дома! Я зайду?
— Эээ, нет, Патрик, — запнулся Гарри, — не сейчас. Я очень занят, — сказал быстро.
Появление Патрика вот так с бухты барахты было более чем неожиданным. Сколько тот не давал о себе знать — месяц? Два? Впрочем, совсем неважно, отмахнулся Гарри.
— Давай в другой раз, — проговорил он первое, что пришло в голову.
— Да брось, — Патрик ослепительно улыбнулся, а напряженный Скорпиус наоборот — нахмурился. — Ты всегда занят. Я уже иду!
И совершенно не обращая внимания на суровое: "НЕТ!" — вырвавшееся у Гарри, шагнул в камин. Собственно вот этим — непокорностью, настойчивостью и умением с веселой улыбкой переступать через все преграды — Патрик ему когда-то и понравился. Не настолько, чтобы завязать настоящие отношения, да Патрик к ним и не стремился, но достаточно, чтобы обычно благосклонно воспринимать такие вот неожиданные визиты.
Едва Патрик вышел из камина, улыбка его слегка поблекла.
— О, теперь вижу, — протянул он, разглядывая Скорпиуса. — И, правда, занят.
Скорпиус, уже успевший опустошить несколько тарелок, отложил вилку и посмотрел на него в упор.
— Меня зовут Скорпиус. Приятно было познакомиться, Патрик, — предельно вежливо сказал он таким тоном, будто совершенно не сомневался, что Патрик сейчас извинится и уйдет.
— Взаимно, — бросил Патрик, не глядя на Скорпиуса, и обратился уже к Гарри. — Как насчет завтра? Или твоя неделя уже полностью расписана? — хмыкнул он, явно не восприняв присутствие Скорпиуса всерьез.
— Завтра не получится, — процедил Гарри.
— Ладно, понял, — улыбнулся Патрик. — Тогда жди сову. Вдруг на выходных ты будешь свободен, — вполне утвердительно, словно иначе и не могло быть, закончил он.
— Нет, — вдруг сказал Скорпиус, с грохотом отодвигаясь от стола. — Это вам стоит ждать сову. Если Гарри будет свободен и захочет вас видеть. Но я постараюсь, чтобы не захотел.
Глаза Гарри сами собой распахнулись в удивлении. Таким Скорпиуса — уверенно и открыто заявляющим свои права быть рядом с ним — Гарри еще не видел. И признаться, подобное открытие хоть и шокировало, но с довольно приятной стороны.
Гарри перевел взгляд на Патрика и собирался было сказать, что им непременно нужно будет поговорить, но естественно не сейчас, как вдруг тот прищурился и резко повернул голову в сторону Скорпиуса:
