Карцева прищурилась, и в её глазах мелькнуло что-то хищное.
— Вы что, берёте меня в плен? — оскалившись, спросила она.
— Считайте, что да.
Графиня звонко рассмеялась. Бесцеремонно отодвинув окруживших её солдат, она подошла ко мне и прошептала на ухо:
— Хорошо. Я стану вашей пленницей. Надеюсь, вы не будете меня пытать?
— Ни в коем случае.
— Что? А я уже настроилась. Я бы рассказала вам, какие пытки нравятся мне больше всего…
— Боюсь, вы неверно понимаете мои намерения, Эмилия Романовна, — ответил я, глядя ей в глаза.
— Бойтесь того, что сами не осознаёте своих намерений, — улыбнулась она. — Зачем вы хотите пленить меня?
— Чтобы получить ответ на своё предложение. Или вы готовы дать его немедленно?
— Пожалуй, я хочу ещё немного подумать. Всё это так любопытно! Просто не могу отказаться от приглашения побыть вашей пленницей.
— Перед этим сделайте кое-что, — я протянул ей череп ворона. — Передайте сообщение себе в поместье. Ваши юристы должны немедленно подготовить заявление о покушении, а также доложить, что капитан Роттер и его полк самовольно покинули ваши казармы.
— А говорили, что считаете меня умной! — усмехнулась графиня. — Дворянское ведомство уже знает про Роттера.
— Прекрасно. Тогда пусть ваши юристы заявят, что этой ночью его люди пытались вас убить, — сказал я, продолжая протягивать череп.
Эмилия забрала артефакт. Проведя пальцем по моей щеке, она направилась к своей лошади, плавно покачивая бёдрами. Все без исключения мужчины пристально следили за её походкой.
Соболев подошёл ко мне и спросил:
— Ты уверен? Эта стерва слишком опасна. Или ты правда берёшь её в плен?
— Официально я не могу, ведь у нас прекращение огня, — я осмотрел трупы лучников. — Хотя, похоже, так считают не все.
— Тогда зачем тебе Карцева?
— Потому что я хочу не просто вывести из её альянса. У меня далеко идущие планы, будущий шурин.
— Ах вот как, — Станислав поправил воротник, из-под которого выглядывали края неизвестной татуировки. — Поделишься этими планами?
— Пока что нет. Ты поедешь с нами?
— Конечно, — Соболев накинул капюшон. — Хочу увидеться с невестой.
Я молча кивнул и сел на коня.
Мы ехали рядом с Эмилией. Она украдкой смотрела на меня, её глаза задорно блестели.
— Девять, — сказала она.
— У меня шесть.
— Значит, я победила! — рассмеялась графиня. — Мне положен приз!
— Конечно, ваше сиятельство, — улыбнулся я. — Что-нибудь придумаю.
Пусть Эмилия порадуется этой маленькой победе.
Главную победу одержал сегодня я.
Переломную победу в войне против альянса Муратова.
— Значит, здесь погиб мой отец? — спросила Эмилия.
Мы стояли на холме и смотрели на место последней битвы под поместьем Градовых. Поле заросло травой и, не считая воронок, ничего не говорило о том, что несколько месяцев назад здесь произошло отчаянное сражение.
— Да, — кивнул я.
Карцева цокнула языком.
— Какое невзрачное место для того, чтобы умереть.
— Для смерти нет хороших мест.
— А как же в своей постели, в окружении любящей родни? — графиня посмотрела на меня. — Вы бы хотели так умереть, барон?
— Неважно, как я умру. Главное, как я проживу свою жизнь и какое наследие оставлю.
— М-м, философский подход.
— Он единственно верный.
— И какое наследие вы хотите оставить?
— Великое, — ответил я и тронул коня. — Едем, ваше сиятельство, у меня ещё есть дела.
Эмилия осталась на месте. Когда я обернулся, она сидела в седле прямо и продолжала смотреть на место битвы. Ветер развевал её чёрные волосы, а взгляд был полон тоски.
Но это продолжалось всего мгновение. Мотнув головой, графиня повернулась ко мне, и в её глазах замерцала прежняя игривость.
Впереди уже виднелись земли поместья. На площадке за казармой упражнялись новобранцы, над рядами которых возвышалась лысая голова Трояка. В стороне Моргун учил других новобранцев обращению с лучемётом.
— Надо же! Вы и правда готовитесь нанести альянсу ответный удар, — сказала Карцева.
— Я этого никогда не скрывал.
— Но я не думала, что вы возьмётесь за дело с таким рвением. И даже привлечёте такого симпатичного союзника, — она повернулась к Соболеву, который ехал со своими людьми позади нас. — Похоже, у вас и правда есть шанс победить.
— Шанс? Я одержу победу неминуемо, — произнёс я.
— Это звучало бы смешно, если бы не звучало так уверенно, — Эмилия улыбнулась.
— Уверенность в себе — один из главных факторов победы.
— Многие путают уверенность с глупостью.
— Перестаньте, ваше сиятельство. Мы оба прекрасно знаем, что вы не считаете меня глупцом. Я вам симпатичен, — я подвёл коня ближе и тихо добавил: — Возможно, вы даже влюбились в меня.
Графиня ахнула.
— Какая наглость! Будь я мужчиной, уже вызвала бы вас на дуэль.
— Повезло, что вы не мужчина. Я бы не хотел причинить вам вред.
— У вас бы не получилось, барон.
— Ещё получится, если вы останетесь в альянсе, — я посмотрел вперёд. — Но мне бы правда не хотелось. Ваш род нанёс моему немало ущерба, однако это ваш отец решил воевать. Вы не обязаны расплачиваться за его грехи.
— Какая низкая манипуляция, Владимир Александрович, — фыркнула Эмилия, задрав нос.
