Если не понимали — убивал. Либо примитивным давлением, либо ледяными заклинаниями. Элемент Воды в нём был не менее силён, чем элемент Отражения.
Мы ползли через траву, медленно и тихо. Два пулемёта, которые мы тащили, были заранее заряжены и готовы к стрельбе. Оставалось только снять с предохранителя.
Загвоздка была в том, чтобы отойти как можно дальше от очага, иначе оружие могло дать осечку, и тогда нам пришлось бы несладко. Электрический свет на блокпосту горел ярко, и в нём было видно, что гарнизон действительно расширили.
— Что-то мне не по себе, а может, ну его нафиг и обратно поползём… — шёпотом лепетал Артём.
— Умолкни, — так же шёпотом приказал ему я.
Никита посмотрел на меня. В его глазах висел немой вопрос: «Зачем ты вообще его взял?»
Я пожал плечами. Понятное дело, что рыжий не боец. Но он сам вызвался пойти с нами, когда подслушал мою речь перед дружиной. Раз сам захотел — пожалуйста. Я не был намерен отказываться от лишних рук, тем более если их хозяин столь настойчив.
Полагаю, Артём собирался любым способом доказать, что он полезен и полностью на моей стороне. Ради этого даже отправился на рискованную вылазку.
План был простой. Разделившись на группы, мы собирались одновременно атаковать разные блокпосты. Для атаки на заставы магических родов будут использованы артефакты и магические болты, а здесь нам пригодятся пулемёты и винтовки.
Никто точно не знал, на каком расстоянии оружие гарантированно будет работать. Но перед выходом я обратился к Очагу и попросил сообщить, когда будет можно. В ответ почувствовал согласие.
И вот теперь, за сто метров до блокпоста, я ощутил его прикосновение к своему разуму. Это было не что иное, как сигнал к действию.
Я тронул воеводу за плечо и кивнул. Он понял меня без слов и жестами показал бойцам рассредоточиться. Ночник еле слышно угукнул и с ещё одним дружинником скрылся в темноте. Двое других солдат ушли в противоположную сторону.
Мы с Никитой улеглись поудобнее, приготовились к стрельбе. Артём взял в руки винтовку и снял её с предохранителя.
Я и воевода одновременно повернулись к нему. Артём опустил голову, закрывая ладонью глаза. Ночь была тихой, а характерный металлический щелчок — слишком громким.
— Чего это там? Слышал? — раздалось с блокпоста.
— Да-да. Ну-ка, прожектор вруби! — прозвучал другой голос. — Э, мужики! Походу у нас гости.
Ждать было нельзя.
— Огонь, — сказал я и первым начал стрельбу.
Грохот двух пулемётов разорвал ночную тишину в клочья. Стоящие у шлагбаума, что уже успели починить, солдаты рухнули замертво. Дремлющий в гнезде вражеский пулемётчик встрепенулся, а следом пуля пробила ему лоб.
Дружинники на заставе забегали туда-сюда, как мыши. Прежде чем они заняли позиции, мы успели скосить ещё нескольких. Остальные попрятались в караулке или в окопах, но это им не помогло.
Две пары наших бойцов, зашедшие с флангов, начали бросать гранаты. Один за другим прозвучали несколько взрывов, а затем наши дружинники спрыгнули в окопы. Пара выстрелов, немного ругательств и чья-то мольба о пощаде, которая оборвалась слишком резко. Затем стало тихо.
— Бегом! — приказал я вскакивая. — Артём, охраняй пулемёты.
— Е-есть, — заикнувшись, ответил тот.
Мы с Добрыниным бросились вперёд. Враги не успели даже активировать сирену, но их патрули наверняка услышали шум. Скоро сюда сбегутся все остальные солдаты фон Бергов с округи. У нас есть максимум несколько минут.
Я на бегу огляделся. В небо с двух сторон били красные лучи сигнальных артефактов, ушей достигал непрерывный писк — будто комар возле уха. Отлично, значит, остальные атаки случились вовремя.
Мы с дружинниками ворвались на блокпост. Ночник и остальные уже были увешаны трофейными винтовками.
— Консервы хватайте! Радио тоже возьмите, — приказывал Никита.
— Сапоги хочу новые, — прошептал Ночник, беря под мышку пару чёрных сапог.
Мы взяли всё, что могли унести на себе, не сильно разбираясь, что вообще схватили.
Суть была не в том, чтобы поживиться чем-то конкретным, а в том, чтобы нанести неприятелю в первую очередь моральный ущерб. Дерзкое ограбление сразу трёх застав одновременно — это точно их разозлит.
А когда люди злятся, они совершают необдуманные поступки. Не все из них, но мы посмотрим, как будут реагировать главы каждого из родов.
— Бегом, бегом! — крикнул я, разливая вокруг подготовленный керосин.
Все дружинники, включая воеводу, выбежали на улицу. Я чиркнул спичкой, и пламя с гудением вспыхнуло.
Учитывая, что в караулке остались боеприпасы — фейерверк будет зрелищным.
Когда мы, нагруженные добром, рванули прочь, с двух сторон уже виднелись приближающиеся фары автомобилей. Они были близко, но недостаточно.
— Артём, уходим! — крикнул я на бегу.
Рыжий подскочил и схватил по пулемёту в каждую руку. Охая от тяжести, он поспешил к Очагу, и мы вместе с ним.
Нам вслед открыли огонь, но было уже поздно. Мы подошли вплотную к границе, и пули здесь бессильно падали на землю, не нанося никому вреда.
— Получилось, — прошептал Ночник и улыбнулся.
