По правде сказать, этот научный эксперимент больше походил на добровольную каторгу. Ведь для ее осуществления надо было ежесуточно сворачивать походный лагерь и на собачьих упряжках ночью возвращаться на север – как можно ближе к географической точке Северного полюса. Образно говоря, двигаясь впротивоход гигантскому ледовому «эскалатору», Мобильный лагерь каждое утро должен был возвращаться в координаты близкие к «90° 0′ 0″ N, 0° 0′ 0″ E», чтобы здесь, на новых лунках, как говорят рыбаки, возобновлять исследования.
Без всякого преувеличения, такие ночные переходы были связаны с большим риском. Тут тебе и постоянно меняющаяся ледовая обстановка, едва ли не ежедневные снежные бураны и возможность встречи с белыми медведями. Вдобавок, все перебазирования необходимо проводить без полноценного отдыха и максимально быстро: замешкался, выбился из графика и можно просто физически не покрыть расстояние суточного дрейфа.
Но Николаю Филиппову, с его колоссальным арктическим опытом, в Географическом обществе доверились. Дали и лучшего гидробиолога, и лучшего на Кольском севере кинолога, и самое, что ни на есть, современное научное оборудование…
Да вот только теперь, после гибели Пэра Петерсона, все могло полететь в тар-тартары. Под вопросом оказалась не то что научная экспедиция – одним чиновничьим приказом могли в экстренном порядке свернуть всю весеннюю навигацию. А с учетом возможных демаршей Дании по случаю гибели своего гражданина, можно было на долгие-долгие годы вообще лишиться возможности участия в международных экспедициях.
Филиппов все эти перспективы понимал лучше других. Под конец третьего «большого сбора», он так и сказал:
– Ребята, у нас один шанс остаться в Арктике – отыскать ключ и самого воришку до прилета столичных следователей. Если не найдем, в считанные дни эвакуируют лагерь и навсегда расформируют нашу научно-исследовательскую команду. А значит, как минимум, в ближайшие три-четыре года нам Полюса не видать. …
Расследовать криминальные случаи Агатину приходилось и раньше. Еще в бытность службы на флоте, ему, как работнику прокуратуры, не раз приходилось выезжать на места убийств и самоубийств моряков, расследовать кражи имущества. А однажды он вышел на след продажного штабиста, сливавшего супостату секретные данные о новых кораблях.
Когда начались проблемы со здоровьем, Генрих уволился и открыл собственное детективное агентство. Через пару лет, поняв бесперспективность отечественного сыскного бизнеса, он закрыл фирму, устроился работать консультантом по правовой безопасности в крупную нефтедобывающую компанию и параллельно почитывал лекции по криминалистике в «силовых» вузах.
Зарабатывал он теперь хорошо, да и от ежедневная нервотрепка закончилась. Он даже скучать по трудностям стал.
Наверное, от ностальгии и ежедневной обыденности Гарри и согласился подработать в очередном отпуске консультантом Службы безопасности Географического общества, а заодно и осуществить свою давнюю мечту: побывать на Северном полюсе.
Единственное, о чем Агатин вскоре пожалел, так о том, что согласился на уговоры и взял с собой в поездку Алевтину – молодую подружку, с которой познакомился, читая лекции в Академии МВД. Конечно, присутствие юной спутницы градус романтики и остроту душевных переживаний заметно прибавляло. Да, вот только, как и предчувствовал Гарри, в такой «экскурсии» обязательно могло произойти что-то такое, когда присутствие слабого пола станет обременяющим.
Так, собственно, и вышло. Сейчас требовалось максимально сосредоточиться на деталях случившихся трагедий и анализе собранных улик, а Алька то и дело выбивала его из рабочей стези девичьими капризами и амурными фривольностями.
… Обстоятельства гибели Пэра Петрсона Агатину почему-то сразу показались, если не подозрительными, то уж точно невразумительными. Как-то не верилось ему, что взрослый опытный полярник, пусть и в состоянии сильного опьянения, так нелепо угодил в западню. А уж когда из Москвы пришла информация о том, что при датчанине находились ценные вещи, он еще больше начал склоняться к версии о неестественной причине гибели Петерсона.
С каждой уликой, с каждым новым свидетельством очевидцев, Гарри все больше убеждался в том, что цепочка трагических событий не была спонтанной.
Многократно сопоставив факты, собранные на «малых» и «больших» сборах, он, наконец, пришел к заключению, что собакозаводчик застрял под бульдозером не без посторонней помощи. Возможно, неизвестный злодей и не хотел прибегать к крайним мерам. Возможно, весь этот спектакль с блужданием по ночной Арктике разыгрывался только для того, чтобы похитить ключ от тайного спецконтейнера. Но, как ни крути, – кто-то изначально знал, что такой ключ существует и вел за ним хладнокровную охоту.