Во-вторых, повсюду обнаруживала себя стратегия большого бизнеса превращать преимущества малого бизнеса в инструмент консолидации и распространения своей власти. Причем нигде эта стратегия не привела к такому быстрому и широкому экономическому росту, как в Восточной Азии. Как мы увидим позднее, в третьей части книги, именно это лежит в основе переноса экономической мощи в Восточную Азию и восходит к соединению местной традиции рыночного некапиталистического развития с западной традицией развития капиталистического производства. В Соединенных Штатах, однако, результат данной стратегии был совершенно иным, здесь кризис доминировавших ранее промышленных корпораций углублялся, а не разрешался.
Самым драматичным проявлением углубляющегося кризиса стало вытеснение General Motors компанией Wal-Mart, этим эталоном национального бизнеса. В 1950-е годы GM была крупнейшей американской корпорацией, ее годовой доход составлял 3% ВВП страны. Сегодня занявшая ее место Wal-Mart имеет 1,5 млн сотрудников, ее доходы составляют 2,3% ВВП. Эти два образцовых предприятия решительно отличаются друг от друга. GM была вертикально интегрированной промышленной корпорацией, имевшей производственные мощности по всему миру, но глубоко укорененной в экономике США, где производилась и продавалась основная часть ее продукции. Wal-Mart же — это в первую очередь коммерческий посредник между иностранными (в основном азиатскими) субподрядчиками, производящими основную массу его продукции, и американскими потребителями, которые покупают большую часть этой продукции. Столь принципиальное изменение образцового американского бизнеса можно считать и символом, и мерой, когда мы описываем превращение Соединенных Штатов из страны-производителя в страну, чья роль мирового финансового перевалочного пункта и позволяет ей, по выражению Маккиндера, «участвовать в деятельности мышц и мозгов в других странах».
Апологеты этой новой модели американского бизнеса настаивают, что Wal-Mart исключительно новаторски использует самые дешевые источники поставок и самые эффективные техники закупок и реализации, что позволяет ей ежедневно обеспечивать примерно 20 млн клиентов широким выбором продукции по низким ценам, а также начиная с 1990-х годов вносить значительный вклад в подъем производительности в США. Противники же этой новой модели заявляли, что Wal-Mart действительно стала лидером, но не только по части низких цен и высокой производительности, но также — ив особенности — по части перераспределения доходов от труда к капиталу и превращения рабочих (перефразируя Маркса) в «изуродованных чудовищ», в одноразовые предметы потребления. Пользуясь своим положением крупнейшего в мировой истории торговца, пишет Барри Линн (Barry Lynn), Wal-Mart снизила заработную плату и льготы не только в розничной торговле, но также в производстве и в перевозках. «Wal-Mart и другие компании, которых становится все больше... запрограммированы... на снижение зарплаты и доходов миллионов людей и мелких предприятий, которые производят и выращивают то, что они продают, на разрушение целых производств ради повышения своей производительности... И настанет время, — пишет Кругман о Wal-Mart, — когда компания, которая так плохо обращается со своими рабочими, станет главной мишенью профсоюзов». Пока же работодатели вроде уол-мартовских «не боятся, что разгневанные рабочие ответят на их войну с зарплатами созданием союзов, потому что знают, что правительственные функционеры, которые должны поддерживать права трудящихся, сделают все, что в их силах, и поддержат тех, кто урезает зарплаты»[291].
Таким образом, успех Wal-Mart и его антирабочих стратегий есть проявление кризиса прежде господствовавших промышленных корпораций, с одной стороны, и монетаристской контрреволюции, которая способствовала «финансиализации» американского капитала, — с другой. Не Wal-Mart создала эти условия, но, используя эти новые условия, она активно их укрепляла. Иными словами, помогая восстановлению рентабельности за счет рабочих, она поддержала деятельность США в качестве всемирной клиринговой конторы и таким образом позволила влиятельному меньшинству американского населения «участвовать в деятельности мышц и мозгов в других странах», не используя собственных мышц и мозгов.
