Не дождавшись пассажирки, водитель захлопнул двери. С тихим гудением троллейбус отъехал от остановки.
Может… это и был знак?
Так или иначе, выбор девушка сделала.
Катя вернулась к подъезду и долго не решалась войти – не хотела, чтобы запищал домофон, извещая хозяина. Так что Катенька наматывала круги, смотрела на полутемные окна знакомой квартиры и гадала: как он там? Злится или уже остыл?
Но хотя бы у нее появилось время все продумать: что сказать, как вести себя.
Наконец дверь открылась – кто-то из соседей вышел гулять с собакой. Незнакомец даже не поднял глаза на Катю, прошел мимо, уткнувшись в мобильный. Девушка юркнула в подъезд и поспешила в лифт.
Пока кабина медленно поднималась, Катя достала телефон и уставилась на отражение – испуганная, глаза такие несчастные, что, казалось, она вот-вот расплачется.
Так, надо собраться.
Катя выпрямила спину, зажмурилась и глубоко вдохнула, прогоняя мандраж. Двери с шумом открылись, девушка шагнула на лестничную площадку…
Костя стоял напротив лифта. Рубашка небрежно расстегнута, так что был частично виден изуродованный торс.
– Ты на редкость упертая, – Костя выдохнул дым. – Значит, хочешь поговорить?
Интересно, как давно он следил за ней?
– Хочу, – твердо ответила Катя.
Киреев поковылял к квартире и, открыв дверь, пригласил незваную гостью войти. Снимая на ходу туфельки, Катя прошла в комнату. Вся решимость исчезла, как и те слова, что она бережно подбирала. Она сняла ветровку, чувствуя спиной его испытывающий взгляд – он ждал, что она заговорит первой, но Катя будто онемела.
– Ну, так чего ты хотела? – Костя, ковыляя, прошел к любимому креслу и, усевшись, не сводил взгляда с Кати.
А девушка не могла собраться с мыслями. Все слова, как корова языком слизала, руки и ноги одеревенели.
Что ей делать? Что сказать?
Хоть девушка наконец и вошла в квартиру, стояла перед Костей, но ее не покидало ощущение, что между ними непробиваемая стена и что бы Катя ни сказала – все будет тщетно.
Тогда девушка медленно завела руки за спину, нащупала молнию платья и, расстегнув, позволила легкой ткани соскользнуть.
Она стояла перед охотником в одном черном кружевном нижнем белье и чулках, не решаясь поднять взгляда. На этот раз это была не игра в застенчивость – Катя действительно ощущала, как горели мочки ушей.
Что Костя скажет на такую дерзость?
Костя молчал. Тогда девушка подошла к мужчине, наклонилась, чтобы поцеловать, но встретилась с циничной усмешкой.
– Катюш, тебе сколько лет? Не поздно для таких подростковых выходок?
Девушка застыла, не понимая его тона.
– Катя, ну не смотри на меня так, а? Думаешь, я должен сейчас кинуться на тебя? – Костя сглотнул, коснулся ее лица и заставил посмотреть в глаза. – Я вижу, что ты молодая красивая девушка. Ты будешь такой и через пятнадцать лет, и даже через двадцать, уверен, а я… уже через десять начну разваливаться на куски.
Он горько и как-то зло усмехнулся.
– Это сейчас я в твоем воображении – крутой охотник. Ветеран. Никто не понимает, чем он пожертвовал, а я понимаю, да, Катя? Пойду на край света, в пропасть, все дела… А знаешь, что будет уже через год, после окончания учебы? Правильно, Катенька. Ты поймешь, что я списанный неудачник, который живет только на таблетках, а вокруг столько симпатичных, главное, здоровых парней, твоих ровесников. Ой какая веселая жизнь после этого начнется…
– Не говори так, – отчеканила Катя.
– Как? Не говорить правду? Катюш, ты хоть себе не ври…
– Я не вру себе! – Катя отскочила, сжала кулаки от возмущения. К щекам прилила кровь.
– Да ты себя слышишь?! – Киреев со всей силы ударил по подлокотнику. – Ты что, думаешь, я идиот?
Он судорожно стянул рубашку и кинул на пол. Катя невольно отступила и прижала руку ко рту.
– Как я тебе? – заметив ее реакцию, Киреев ехидно усмехнулся. – Не очень тяну на прекрасного принца, да?
– Это неважно…
– Ах даже так… Что, думаешь, будет этакая сказка? «Красавица и чудовище»? Сейчас мы поцелуемся, карета превратится в тыкву и жизнь наладится?
– Как будто люди с этим не живут…
– Я пытался жить нормально. Но каждая тварь будет мне напоминать, что со мной что-то не так! Я чувствую их жалость, отвращение, я все это чувствую. Знаешь, да, так и будет, – Костя заговорил тихо. Что-то было зловещее в его голосе. – Очень скоро ты освоишь знаки, приемы, и я стану для тебя бесполезен. Не смогу быть хорошим учителем… даже… не смогу дать тебе нормальной семьи… не смогу быть нормальным… мужем. И все закончится. Ты либо уйдешь, оставив меня с единственным желанием – пустить пулю в лоб, либо будешь рядом из жалости. Надеясь, что я скоро сдохну.
– Это неправда! – выкрикнула Катя. Она зажмурилась, лишь бы не видеть его уверенный взгляд – Костя искренне считал, что все будет так. Девушка поспешила схватить платье.
– Как хорошо ты все расписал… Жаль только, меня не спросил…
– Так и будет, – голос Киреева прозвучал уже грустно. – Поэтому тебе лучше уйти. Пока…
– Пока что? – резко спросила Катя. – Пока ты не придумал еще какого-нибудь бреда? Например, что я уже составляю списки, с кем переспать. Ах да, и примеряюсь на твою квартиру.
